Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих




Скачать 497.66 Kb.
НазваниеЛев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих
страница1/4
Дата конвертации30.10.2012
Размер497.66 Kb.
ТипЗакон
  1   2   3   4
Лев Левинсон,

Институт прав человека

Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека


Одна из многих: вместо предисловия
22 января 2004 года в Москве выбросилась из окна 9-го этажа 20-летняя девушка, которую сотрудники не названного в сообщении правоохранительного ведомства пытались привлечь к сотрудничеству, - выбросилась, не желая выдавать имен тех, кто помогал ей доставать наркотики. Нет, она ими не торговала. Она тусовалась в одном из столичных ночных клубов, когда в зал ворвались государственные люди в масках и принялись обыскивать посетителей. У девушки оказалась при себе доза героина. Была предложена сделка: прекращение расследования в обмен на информацию. Девушка отказалась.

Несколько дней ей звонили с тем же предложением, а 21 января на мобильный пришло сообщение: «Жди повестку». В ответ было отправлено: «Моя смерть будет на вашей совести».1

Мы привыкли к тому, что борьба с наркотиками ведется любыми средствами, буквально не на жизнь, а на смерть. Наркотиков от этого не становится меньше. Интерес к ним и их потребление то падают, то возрастают, и это мало зависит от антинаркотической индустрии. Борьба с наркотиками - т.е. с неким набором запрещенных веществ (тогда как мощности агрессивного маркетинга других психоактивных веществ все наращиваются и наращиваются) - опаснее самих наркотиков. Смерть безымянной 20-летней девушки - еще одно, из сотен тысяч и миллионов, тому подтверждение.

Оборот легальных наркотиков (табака, алкоголя, кофе, разрешенных лекарственных препаратов) приносит сверхвысокие прибыли. Оборот нелегальных - еще большие. Вдобавок к производителям и распространителям, к стоимости риска, порождаемой запретом, нелегальные наркотики дают работу гигантскому антинаркотическому корпусу, разрастающемуся, как раковая опухоль.

Пример - российский Госнаркоконтроль, раскинувшийся по стране от федерального ведомства, битком набитого генералами (по генералу на каждые 260 сотрудников), до захудалого райцентра. Следствием образования, в дополнение к милиции, специальной наркотической полиции, стало лишь то, что каждый российский наркоман кормит сегодня двух-трех лишних оперов.

Какие именно стражи наводили порядок в том клубе, где находилась в тот вечер девушка, не сообщалось. Скорее всего, это были молодчики наркоконтроля. Это они шарят теперь по клубам.

Нет сомнений, что эти слуги инквизиции верили и верят в то, что коль скоро их разработки основаны на законе (в его, как всегда у них, приблизительном исполнении), то все, что они требуют - а именно, сдать «сбытчика» - справедливо, а значит, сопротивление девушки их предложению должно было повлечь наказание. Что им до того, что распространителем мог быть ее муж, отец, брат, друг. Борьба с преступностью не знает ни нравственности, ни человечности, ни избирательности.

Хранение героина - правонарушение, а значит, милиция или наркоконтроль обязаны были принимать меры, - скажут нам. Не могли же они ее просто отпустить?

Могли. Хотя в подкорку нам и вдолбили, что кто-то (вор, наркоман…) во всех случаях должен сидеть в тюрьме, проблема может решаться и по-другому. Как выразился более 50 лет назад крупный государственный деятель Великобритании лорд Шоукросс, бывший Генеральным атторнеем, «в нашей стране (т.е. в их стране. - Л.Л.) никогда не было (и, надеюсь, никогда не будет) правила, в соответствии с которым человек, подозреваемый в совершении преступления, должен автоматически стать объектом преследования»2. Англичане России не указ, конечно. Наши органы находят пример для подражания в США, навязавших миру расистскую борьбу с наркотиками.

Думается, что стремление к прыжку, еще не осознанное, зародилось у девушки уже тогда, когда наркополицейские вломились в ее пространство, в котором она жила своей жизнью со своими друзьями, когда, матерясь, наделенные властью лица положили ее, ее друзей на пол или поставили к стене, выпотрошили сумочку, заставили показать вены. Что остается делать человеку, когда он не может защитить приватность своего существования?

Она могла остаться честной, отказавшись от сотрудничества, и отдавшись, таким образом, специалистам по уголовным делам. «Сбытчицей», а значит, и осужденной лет на семь, оказалась бы в таком случае, скорее всего, она сама. Девушка предпочла остаться свободной.
Оценка ситуации

Традиционная российская политика в отношении наркотиков может быть определена через следующие основные характеристики: 1) приоритет уголовно-правовых мер воздействия перед социальными и медицинскими; 2) имитационный характер «борьбы с наркотиками»; 3) коррупционное состояние антинаркотических служб; 4) крайне консервативный и по сути полицейский характер государственной наркологии; 5) ее коммерциализация; 6) идеологизация антинаркотической политики. Либеральные правовые новации 2003 - 2004 гг., направленные на гуманизацию мер уголовной ответственности за наркотики, именно потому отвергаются как силовыми ведомствами, так и официальным здравоохранением, что не вписываются в эту схему.

Выстраивание политики в области наркотиков отдано полицейским структурам, каковой является и функционирующий с 1 июля 2003 года Госнаркоконтроль (ныне - ФСКН)3. Следствие такого положения - приоритетное бюджетное финансирование правоохранительной деятельности и обеспечение наркологических служб по остаточному принципу при полном отсутствии бюджетных вложений на реабилитацию. При дележе бюджетного пирога Министерству здравоохранения и социального развития противостоит целый ряд силовых ведомств, каждое из которых уполномочено «противодействовать росту наркомании» - упомянутая ФСКН, МВД, ФСБ, Федеральная таможенная служба.

Показателем успешности антинаркотической работы по-прежнему выступает статистика: по числу возбужденных уголовных дел, административных производств (так называемая «палочная система»), килограммам изъятий. Органы правопорядка ориентированы на количественные, а не на качественные показатели. Именно для улучшения отчетности повсеместно и систематически как милиция, так и сотрудники ФСКН подбрасывали и подбрасывают наркотики, изображают - в материалах уголовных дел - наркоторговцами нищих наркоманов, делящихся друг с другом последней дозой.

Контролирует наркосцену преимущественно милиция, успешно конкурирующая в этом с ФСКН. Но как милицейские, так и наркополицейские органы глубоко поражены коррупцией. Число крупных наркодельцов, представших перед судом, исчисляется единицами. При этом очевидно, что изъятие крупной партии не равнозначно раскрытию преступной сети, ведь перевозкой занимаются нанятые исполнители, а не хозяева бизнеса.

На заседании «круглого стола» в Государственной Думе 9 декабря 2002 года судья Верховного Суда РФ Владимир Дорошков заявил, что среди выявленных крупных наркоторговцев преобладают начальники отделов по борьбе с незаконным оборотом наркотиков (т.е. соответствующих подразделений милиции - тогда наркоконтроля еще не существовало).

Так, 2 апреля 2004 года Самарский областной суд приговорил начальника районного отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков Самарского РОВД Юрия Никифорова к восьми годам лишения свободы. Суд счел Никифорова виновным по четырем статьям УК: незаконный оборот наркотиков, получение взятки, превышение служебных полномочий и фальсификация доказательств. Никифоров был задержан в феврале 2003 года. Ему вменено, что, используя служебное положение, он договорился с двумя наркоторговцами о реализации имеющегося у него героина. Передав им 40 гр. героина, взамен он получил 20 тысяч рублей. Затем в течение двух лет он предупреждал этих наркоторговцев о готовящихся проверках и давал указания об отказе в возбуждении уголовного дела против них.4

Несмотря на изложенное, формальные показатели по привлеченным к ответственности за сбыт наркотиков в особо крупных размерах демонстрировали (до вступления в силу 12 мая 2004 года новых норм Уголовного кодекса) десятки тысяч «опасных преступников» ежегодно. Происходило это за счет отнесения к якобы крупному наркобизнесу ситуационных сбытчиков и мелких дилеров, а также, в значительном числе случаев, потребителей, ставших жертвами провокаций (передача/продажа одной или нескольких доз одним наркоманом, взятым на крючок операми, другому).

Что касается государственной наркологии, результативность ее крайне низка. Руководство наркологии невосприимчиво к прогрессивным методам лечения и реабилитации. Бесплатная наркологическая помощь сводится к купированию абстинентного синдрома. Вследствие неэффективности лечения, недоверия врачам, передающим в милицию сведения о фактах обращения за медицинской помощью, пренебрежения правами пациента в наркологических стационарах и диспансерах, латентность наркомании весьма высока, а процент стойкой ремиссии у прошедших через бесплатную государственную наркологию близок к нулю.

Адепты бескопромиссной войны с наркотиками обычно утверждают, что наркомания - не болезнь, а распущенность, следствие вседозволенности и терпимости к порокам. Поскольку жесткость борьбы не приводит к решению проблемы, обществу внушается, что жесткая политика - на самом деле недостаточно жесткая, что необходимы еще более строгие наказания. Следствием культивирования такого подхода является вытеснение потребителей наркотиков из социума. Стигматизация молодежи (люди, принимающие наркотики, по большей части молоды) происходит на фоне неблагоприятной социально-экономической ситуации, нахождения примерно 30 процентов населения страны за чертой бедности, преимущественно платного высшего образования, растущей молодежной безработицы, ужасающей культурной деградации некогда самой читающего народа, недоступности популярных видов спорта, отсутствия предложения государством и обществом какой-либо альтернативы психоактивным веществам.

Одной из основных проблем Уголовного кодекса в его прежней, действовавшей до 12 мая 2004 года редакции, была неурегулированность вопроса об отнесении обнаруженных в незаконном обороте наркотиков к крупному и особо крупному размерам. На практике правоохранительные органы и суды руководствовались Сводной таблицей заключений Постоянного комитета по контролю наркотиков (ПККН). Таблица представляла собой рекомендательный документ, изданный научно-консультативным органом, в компетенцию которого не входило и не могло входить принятие нормативных актов. Несмотря на это, данные таблицы применялись по всем без исключения уголовным делам (т.е. по сотням тысяч дел ежегодно). Согласно таблице, крупным размером признавалось, например, 0,1 гр марихуаны, особо крупным размером - 0,005 гр героина. При таком подходе за 0,005 гр и 100 кг героина наступала равная ответственность - от 7 до 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества или без такового. В результате в массовом порядке к ответственности привлекались люди, приобретшие, хранившие или продавшие/передавшие сотые доли грамма, тогда как «акулы наркобизнеса» оставались вне поля зрения правоохранительных органов.

Подростки, молодые люди, вовлеченные в потребление наркотиков, получали от государства - вместо медицинской, социальной и реабилитационной поддержки - клеймо преступников, тюрьму, поломанные судьбы. Попадаясь первый раз с наркотиками в несовершеннолетнем возрасте, они наказывались, как правило, условно. Будучи задержанными вторично, уже после 18 лет, юноши и девушки получали по совокупности приговоров двенадцатилетние двойные сроки.
Реформа УК

Новости по теме «наркотики» за последние год-полтора разбиваются, по большому счету, на три: одну хорошую и две плохих. Хорошая новость - радикальный пересмотр уголовного законодательства, самым существенным образом затронувший проблему наркотиков. Новость плохая - институциональная. Это Госнаркоконтроль как таковой. Вторая очень плохая новость разбивается на тысячи ежедневных дурных вестей, приходящих с улицы, где бессмысленно, топорно продолжается «борьба с наркотиками».

То, что названо хорошей новостью, - результат многолетней правозащитной работы по лоббированию гражданского интереса в сфере, касающейся наркотиков. И это один из лучших примеров взаимодействия Правительства и неправительственных организаций.

С изменением ответственности за незаконные действия с наркотиками официальная линия, вектор которой на протяжении более 10 лет был исключительно карательным в отношении потребителей наркотиков, претерпела решительный сдвиг. Российская власть в некой части своей - на уровне, где принимаются решения - осознала, сколь неэффективным и затратным является ставший традиционным полицейский подход к наркомании и наркотизму. Осознала, но - вопрос - надолго ли?

Новая редакция антинаркотических статей УК и корреспондирующих им норм Кодекса об административных правонарушениях утверждена Федеральным законом от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ, вступившим в силу (в части статей, касающихся наркотиков) 12 мая 2004 года. Порядок определения размеров наркотиков, обнаруженных в незаконном обороте отныне законодательно закреплен: крупным размером признается количество, превышающее размеры средней разовой дозы потребления в 10 и более раз, а особо крупным - в 50 и более раз. Незаконные приобретение, хранение, изготовление, переработка, перевозка запрещенных веществ в количестве менее 10 доз признаны не уголовным преступлением, а административным проступком и наказываются по КоАП штрафом до 1000 рублей либо административным арестом на срок до 15 суток. .

Постановление Правительства РФ от 6 мая 2004 года № 231, которым утверждены размеры средних разовых доз, можно считать знаковым. Вместо разработанных ПККН и согласованных ФСКН фиктивных размеров (доза героина - 0,0001 гр, доза марихуаны - 0,15 гр.5) были приняты реалистичные количества: 0,1 гр для героина, 2 гр - для марихуаны, 0,5 гр - для гашиша, 0,15 гр - для кокаина.

Кроме того, в антинаркотические статьи УК внесены следующие изменения,:

  • ужесточено до 20 лет лишения свободы наказание за сбыт в особо крупных размерах;

  • ужесточено наказание за сбыт несовершеннолетним и сбыт, совершенный должностными лицами;

  • отменено принудительное лечения от алкоголизма и наркомании в пенитенциарных учреждениях по приговору суда;

  • введены альтернативные меры наказания (штраф и исправительные работы) за действия, не связанные со сбытом, совершенные в крупном размере;

  • дифференцировано изготовление для личного потребления и производство в целях распространения;

  • исключен признак неоднократности (повторной судимости за наркотики) как ужесточающий наказание;

  • фактически исключено правило о назначении повышенного наказания при рецидиве.

Поскольку уголовный закон, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение осужденного, имеет обратную силу, с 12 мая 2004 года подверглись пересмотру десятки тысяч уголовных дел по наркотикам. При этом сокращение репрессии коснулось и основной части осужденных за сбыт. Поскольку по ранее применявшимся положениям особо крупным размером признавалось фактически любое количество героина (от 0,005 гр.), подавляющее большинство осужденных за его сбыт подпадало под часть четвертую статьи 228, предусматривавшую санкцию от 7 до 15 лет лишения свободы. По новой редакции особо крупным размером признается количество, превышающее 5 гр. героина, в связи с чем действия осужденных были переквалифицированы на сбыт в небольших размерах со сроком наказания от 3 до 7 лет.

По данным Федеральной службы исполнения наказаний, по состоянию на 1 мая 2004 года по основной статье, предусматривавшей ответственность за наркотики, - статье 228 УК РФ, отбывали наказание в виде лишения свободы 66 768 человек, из них 24 447 - без цели сбыта (часть первая статьи 228), 42 321 - за сбыт, а также приравненные к нему по действовавшей в то время редакции перевозку, изготовление, переработку (части вторая - четвертая статьи 228). 26 983 человека отбывали наказание по части четвертой (сбыт, перевозка, изготовление, переработка в особо крупном размере).

За пять месяцев действия новой редакции антинаркотических статей УК (с 12 мая по сентябрь 2004 года) освобождены судом от наказания в виде лишения свободы в соответствии со статьей 10 УК РФ (обратная сила смягчающего закона) 12 027 человек, из них 9 812 - по части первой (деяния, не связанные со сбытом), 2 215 - по частям второй - четвертой статьи 228. Срок наказания был сокращен 17 223 осужденным из общего числа лишенных свободы за наркотики - в среднем на 1 год 2 месяца.

Из лиц, отбывавших наказание по части четвертой статьи 228 (за сбыт и другие действия в особо крупном размере), 9 025 осужденным вмененные им деяния переквалифицированы на часть вторую 228 УК (в редакции от 13 июня 1996 года), предусматривавшую ответственность за сбыт в небольшом размере6.

Приведенные сведения представлены Федеральной службой в конце декабря 2004 года и охватывают осужденных, чьи дела были пересмотрены с мая по сентябрь. По оценочным данным, в октябре - январе сокращен срок еще примерно 10 тысячам осужденных за наркотики. Столь медлительное рассмотрение ходатайств о пересмотре наказания объясняется как загруженностью судов, так и многочисленными случаями, когда при переквалификации деяния с совершенного в особо крупном размере на совершенное в небольшом судом, рассматривавшим ходатайство в порядке статьи 10 УК не пересматривался срок лишения свободы, если он не превышал верхнего предела санкции, предусмотренной новой нормой. В этих случаях некоторая (правда, небольшая) часть осужденных успешно обжаловала судебные постановления, добившись пропорционального сокращения срока.

Правовые решения, безусловно, повлияли на практику: они сразу же привели к минимализации арестов потребителей наркотиков, освобождению из мест заключения десятков тысяч людей. Однако, одного лишь сокращения репрессии недостаточно. Необходимо позитивное воздействие на ситуацию, предполагающее как социо-культурные и экономические меры, так и глубокую реформу системы наркологической помощи. Такая реформа предполагает отказ от неэффективной диспансерной формы, единственным делом которой является полицейский учет наркоманов, терапевтическую свободу, развитие реабилитационного пространства.

Несмотря на столь заметные сдвиги, говорить об изменении концепции государственной политики в области наркотиков преждевременно. Наркомания по-прежнему остается в первую очередь полицейской и в последнюю - социальной и медицинской проблемой. Отсюда отношение к пересмотру уголовных норм как к чему-то чужеродному.

На антинаркотических форумах, совещаниях, брифингах, состоявшихся во многих регионах после принятия правительственного постановления № 231, оно было подвергнуто жесткой критике как якобы препятствующее правоохранительной работе. Против уже состоявшегося реформирования УК выступали руководители наркоконтроля, наркологии, президентские полпреды и губернаторы. Так, на сентябрьском совещании органов правопорядка Приволжского округа против постановления № 231 выступил полномочный представитель Президента Сергей Кириенко, а вслед за ним - его подчиненные. «Вообще узаконение наркотиков в любых дозах недопустимо. Все представители правоохранительных органов в один голос сказали, что это полностью разваливает им всю систему работы», - озвучил позицию большинства главный федеральный инспектор по Чувашской Республике Александр Муратов.7

Так что приходится, оценивая российскую наркополитику, исходить из сохраняющейся репрессивной инерции (как в правоохранительной, так и в наркологической практике). Этой инерцией определяются отношения личности и государства во всех случаях их столкновения по поводу немедицинского употребления наркотиков. Человек, принимающий запрещенные психоактивные вещества (являющийся или не являющийся при этом больным наркоманией), по-прежнему сталкивается с насилием и произволом.
Наркоконтроль
До середины 2003 года за противодействие незаконному обороту наркотиков отвечали органы внутренних дел.

Все 90-е, вплоть до 2000 года кампания по борьбе с наркотиками набирала обороты. В 1993 году в России было выявлено 46 700 наркопреступлений, в 1995 году – 79 800, в 2000 году – 243 600. В 2002 году наметился спад - 189 600, 2003 год - 181 700.

Примерно теми же темпами до 2000 года расширялась героинизация рынка, росли наркопотребление, заболеваемость героиновой наркоманией. Однако, как видно из представленных 25 ноября 2004 года на парламентских слушаниях статистических данных Минздрава России, заболеваемость наркоманиями (то есть число лиц, взятых под наблюдение с впервые установленным диагнозом), пройдя в 2000 году свой пик – 51,6 человек на 100 тыс. населения в год, стала постепенно снижаться. В 2003 году этот показатель составил 16,1 чел. на 100 тыс. населения, что примерно соответствует уровню 1995 года. Эти цифры хотя и не раскрывают реальной численности наркоманов, можно считать адекватно отражающими тенденцию сокращения темпов наркотизации, ведь латентность наркомании оставалась стабильно высокой как в 2000, так и в 2003 году.

Национальный научный центр наркологии в информационных материалах, распространенных на заседании “круглого стола” в Государственной Думе 18 мая 2004 года, также указывал на сокращение показателя болезненности по наркомании с 18% в 2001 году до 0,7 % в 2003 году.

Во Всемирном докладе по наркотикам, представленном 25 июня 2004 года в Москве заместителем Генсекретаря ООН, исполнительным директором Управления ООН по наркотикам и преступности Антонио Мария Коста, отмечается резкое снижение - почти в три раза - потребления героина в Западной Европе и в России.8

Случилось, однако, так, что в 2003 году в силу ряда обстоятельств в верхах родилось решение о ликвидации налоговой полиции. Естественно, что одновременно необходимо было как-то трудоустроить десятки тысяч сотрудников этого органа. Для решения этой задачи и было создано новое правоохранительное ведомство - Государственный комитет по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ. В названии указа о его образовании от 11 марта 2003 года нет ни слова о проблеме наркотиков - указ называется «Вопросы совершенствования государственного управления в Российской Федерации». Иными словами, как отмечает президент фонда «Наркологическая безопасность» Константин Кузьминых, «в целях решения кадровых вопросов государственного управления была использована, по мнению авторов указа, все равно толком на протяжении многих лет не решаемая проблема борьбы с наркопреступностью»9. Причем сделано это было на фоне стабилизации ситуации с наркотиками.

В результате ГНК был сформирован, в основном, из бывших сотрудников упраздненной налоговой полиции, не имеющих опыта уличной работы. Сотрудники же милиции, в том числе бывшие обноновцы10, шли в наркополицию без особой охоты, считая МВД структурой более стабильной, чем новоявленный ГНК.

В верхних эшелонах Госнаркоконтроля оказалось немалое число выходцев из ФСБ, включая и руководителя новой службы Виктора Черкесова. По поводу последнего Юрий Щекочихин говорил: «Из его опыта по борьбе с наркотиками у меня в памяти сохранился лишь один эпизод - именно пятое управление ленинградского КГБ, в котором в восьмидесятые работал Черкесов, подкинуло 5 граммов анаши известному писателю Константину Азадовскому, за что он и получил два года Колымы (впоследствии все приговоры отменили, Азадовского реабилитировали и вся тайная операция «пятерки» ленинградского КГБ была документально разоблачена)».11

Наркополиция существует скоро уже два года, сменила два названия (ГНК - ФСН - ФСКН), однако по сей день не определены ее права и обязанности, законодательно не закреплен правовой статус многочисленных сотрудников этого ведомства. Права и обязанности сотрудников милиции, гарантии их правовой и социальной защиты определены Законом РФ «О милиции», сотрудников ФСБ - Федеральным законом «О федеральной службе безопасности», налоговая полиция также имела свой закон. Наркоконтролеры же существуют помимо правового поля. Единственный нормативный акт, определяющий полномочия этого органа - Указ Президента РФ от 28 июля 2004 года № 976 «Вопросы Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков». Этим указом предусмотрена штатная численность службы «в количестве 40 000 единиц», центрального аппарата - 1400 «единиц», утверждено Положение о ФСКН, которое устанавливает полномочия самой службы, но не статус ее сотрудников.

УПК определяет подследственность наркоконтроля, КоАП - полномочия по рассмотрению дел об административных правонарушениях. Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» органам наркоконтроля предоставлено право осуществления ОРД. Федеральным законом «О наркотических средствах и психотропных веществах» прописаны полномочия этих органов по изданию ведомственных актов в сфере регулирования законного оборота и осуществления мер контроля и даже уточнены отдельные полномочия по противодействию незаконному обороту. Нормативная база, регулирующая деятельность наркоконтроля, обширна, но не имеет центрального, обязательного звена - закона об органах по контролю за оборотом наркотиков. Еще в апреле 2004 года, отвечая на вопросы читателей «Комсомольской правды», шеф ГНК Черкесов утверждал, что «проект такого закона уже подготовлен, находится на экспертизе в федеральных ведомствах и в администрации президента»12. Пошел год, но законопроект так и не появился на свет.

Проблему же для наркоконтроля самую острую представляет дублирование функций ФСКН и МВД. ФСКН оказалась двойником МВД. Конкуренция этих ведомств в борьбе за показатели, а на местах - за контроль над рынком наркотиков приводит к усилению давления на потребителей, росту коррупции. Надо признать, что противоборство это оказалось убийственно для наркополиции.

Борьба с незаконным оборотом наркотиков - это грязная уличная работа, к которой налоговые полицейские, привыкшие проверять бухгалтерскую отчетность, оказались непривычны. Между тем, несмотря на формальное обозначение координирующей и ведущей роли наркоконтроля в этой сфере, милиция, даже лишенная ОБНОНов, в основном сохранила контроль за наркопреступностью. Закон «О милиции» по-прежнему обязывает органы внутренних дел выявлять и раскрывать преступления, возбуждать уголовные дела, производить дознание и осуществлять неотложные следственные действия (статья 10), не делая изъятия для дел о наркотиках. УПК и КоАП определяют альтернативную подследственность и подведомственность таких дел милиции и наркоконтролю.

О том, что милиция не намерена уступать ФСКН антинаркотическую нишу, свидетельствуют цифры, обнародованные на парламентских слушаниях по проблемам противодействия незаконному обороту наркотиков 25 ноября 2004 года:






2003 год

I полугодие 2004 года

Выявлено всего

Из них органами внутренних дел, %

Выявлено всего

Из них органами внутренних дел, %

наркопреступления всех видов

181688

86,3

88948

69,2

тяжких и особо тяжких

82943

80,7

52503

59,8

совершенных группой лиц

5573

86,7

2925

49,3

совершенных организованной группой

3892

90,3

2376

73,1

фактов сбыта наркотиков

67278

81,2

42323

60,1
  1   2   3   4

Похожие:

Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconТвпрограмма    Правовая  газета  умвд  России  по  Брянской  области
«Внимание! Говорит радио   с незаконным  оборотом  наркотиков  исполняется 20 лет села Павличи!»
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconЕжегодный доклад
Всеобщая декларация прав человека ознаменовала собой новый этап в развитии мирового сообщества. Государства, принимая Декларацию...
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconЦентр гражданского образования и прав человека санкт-петербургский гуманитарно- политологический центр «стратегия» Институт Уполномоченного по правам человека в субъекте РФ учебное пособие
Санкт-Петербургский государственный университет центр гражданского образования и прав человека
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconОбзор-хроника  нарушений прав человека в Беларуси в 2005 году
...
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconНезаконным оборотом наркотиков Пакистана. Подготовленный заранее перегон осуществлялся паки
Впервые в истории Улан-Удэнского авиазавода вертолеты Ми-171 своим ходом были доставлены в 
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconПрава человека
Права человека. 10-11 классы: Методическое пособие для учителя.  - М.: Ооо «тид «Русское слово - РС», 2006. 96 с
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconПрава человека
Права человека. 10-11 классы: Методическое пособие для учителя.  - М.: Ооо «тид «Русское слово - РС», 2006. 96 с
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих icon«Права человека». 
Изготовление шефами горы из картона, костюмов для  инсценировки «Права человека». 
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconЦентр содействия защите прав человека  Московское бюро по правам человека 
Предисловие . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 5 
Лев Левинсон, Институт прав человека Контроль за незаконным оборотом наркотиков и права человека Одна из многих iconО проведении урока «Права человека» в образовательных учреждениях Ядринского района
В целях ознакомления обучающихся с основополагающими международными документами о правах человека, формирования уважительного отношения...
Разместите кнопку на своём сайте:
TopReferat


База данных защищена авторским правом ©topreferat.znate.ru 2012
обратиться к администрации
ТопРеферат
Главная страница