Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности 




Скачать 239.12 Kb.
PDF просмотр
НазваниеСистема значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности 
страница12/12
Дата конвертации23.11.2012
Размер239.12 Kb.
ТипДокументы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   12

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
Частотность как принцип отбора лексики в лексических минимумах  
по русскому языку как иностранному 
Маркина Елена Игоревна 
Аспирантка Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова, 
Москва, Россия 
Критерий частотности стал учитываться при отборе лексики в учебных целях в 
60-е  годы  ХХ  века.  Именно  в  этот  период  начались  статистические  исследования 
русского  языка,  был  опубликован  Частотный  словарь  Э.А.  Штейнфельдт (1963), 
ставший  источником  для  многих  словарей-минимумов.  Позднее  были  составлены 
частотные  словари  и  частотные  списки  слов  на  материале  текстов  разных 
функциональных  стилей:  художественной  литературы,  газет,  научных  и  технических 
текстов,  записей  разговорной  речи.  Появление  многомиллионных  корпусов  текстов 
разных жанров в конце ХХ века еще больше расширило возможности статистических 
исследований,  увеличило  их  надежность  и  показательность.  Вместе  с  тем,  некоторые 
проблемы,  связанные  с  использованием  критерия  частотности  при  отборе  лексики  в 
учебных целях, остаются нерешенными. 
К  таким  проблемам  относится,  например,  зависимость  частотности 
знаменательных  слов  от  тематического  характера  языкового  материала,  на  котором 
велись подсчеты. Об этом писали еще в 60-е годы российские и западные специалисты: 
«Частота конкретных существительных зависит не от количества анализируемых слов, 
а  от  тем,  затрагиваемых  в  текстах  или  в  разговоре» [Гугенейм: 302]. Этот  факт 
подтверждают  и  современные  исследования: «Каждый  текст  имеет  некоторую 
собственную  тему,  слова  которой  в  этом  тексте  будут  употребляться  намного  чаще 
среднего. В тексте про хоббитов слово хоббит будет употребляться так же часто, как и 
многие  служебные  слова,  что  существенно  повысит  его  частоту  в  корпусе,  который 
будет  включать  хотя  бы  один  такой  текст» [Ляшевская,  Шаров].  В  европейской 
лексикографии это явление получило название whelk problem (от сравнительно редкого 
английского слова, обозначающего вид моллюска).  
Специалисты по корпусной лингвистике считают, что данную проблему можно 
решить,  если  подвергнуть  статистической  обработке  очень  большой  корпус  текстов, 
включающий  более  ста  миллионов  словоупотреблений.  Однако  наличие  даже  такого 
частотного  списка,  созданного  на  базе  объемного  и  сбалансированного  корпуса 
текстов, не может решить лингвометодическую проблему отбора слов для лексического 
минимума  (ЛМ),  особенно  для  начального  этапа  обучения.  Дело  в  том,  что  многие 
необходимые  в  повседневном  общении  слова  не  являются  частотными.  Согласно 
Новому частотному словарю русской лексики, такие слова, как хлеб, нож, автобус, не 
входят  в  первую  тысячу  самых  частотных  слов,  а  слова  метро,  соль,  вилка  не  входят 
даже во вторую тысячу частотных слов: 
 
Номер в частотном 
Лемма 
списке лемм 
1150 
хлеб 
1772 
нож 
1895 
автобус 
2314 
метро 
2990 
соль 
6060 
вилка 
  
Следовательно,  если  руководствоваться  только  критерием  частотности  при 
составлении минимизированных списков для разных уровней обучения, выделяемых в 
Российской  системе  тестирования  иностранных  граждан  по  русскому  языку  (ТРКИ), 
 
337

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
слово хлеб должно войти в ЛМ базового уровня, нож, автобус, метро – в ЛМ первого 
уровня,  а  со  словами  соль  и  вилка  учащиеся  познакомятся,  достигнув  второго  уровня 
владения  языком.  Однако  такое  распределение  лексики  по  уровням  методически 
нецелесообразно, поскольку очевидно, что в ситуации, когда учащийся живет в России, 
эти  слова  необходимы  ему  уже  на  элементарном  уровне.  Это  ставит  под  сомнение 
возможность использования статистического принципа как основного при составлении 
ЛМ  элементарного,  базового  и  первого  уровней.  Вместе  с  тем,  в  качестве 
дополнительного  критерия  информация  о  частотности  слова  может  служить  основой 
минимизации  той  или  иной  тематической  группы.  Например,  основываясь  на 
частотных  характеристиках  наименований  цветов,  в  лексический  минимум 
элементарного  уровня  можно  включить  лексемы  белый,  красный,  черный,  зеленый, 
серый,  синий,  желтый,  голубой
,  а  менее  употребительные  слова  ввести  на  базовом 
(розовый, коричневый) и первом (оранжевый, фиолетовый) уровнях. 
На  более  высоких  уровнях  владения  языком  роль  критерия  частотности  при 
отборе  лексических  единиц  возрастает.  Как  известно,  ЛМ  второго  уровня  общего 
владения РКИ включает около 5000 лексических единиц. При таком объеме словника 
по  критерию  частотности  в  него  попадают  даже  те  слова,  у  которых  этот  показатель 
невысокий.  При  отборе  словника  для  ЛМ  второго  и  третьего  уровней  частотный 
принцип становится главным, на его основании можно формировать исходный список 
слов,  который  затем  будет  корректироваться  с  учетом  других  критериев.  Такая 
корректировка  необходима,  поскольку  иногда  статистические  данные  противоречат 
здравому  смыслу  и  принципу  методической  целесообразности.  В  языке  существуют 
слова,  образующие  замкнутые  тематические  группы,  которые  не  подлежат 
минимизации  (например,  слова,  обозначающие  дни  недели,  месяцы,  времена  года, 
наименования  чисел).  Они  могут  обладать  разной  частотностью.  Например, 
значительные  колебания  показателей  частотности  наблюдаются  в  группе  слов, 
обозначающих дни недели. Если при составлении ЛМ второго уровня опираться только 
на критерий частотности и включить в него самые частотные 5000 слов, слова вторник 
и  воскресенье  в  него  не  попадут,  что  противоречит  логике  и  здравому  смыслу. 
Следовательно,  критерий  частотности  при  отборе  словника  даже  для  продвинутого 
этапа обучения не может использоваться изолированно, без учета других критериев.  
Литература 
Гугенейм  Ж.  Некоторые  выводы  статистики  словаря // Методика  преподавания 
иностранных языков за рубежом. Выпуск 1. М., 1967. С. 299–305. 
Ляшевская О.Н., Шаров С.А. Введение к Новому частотному словарю русской лексики: 
http://dict.ruslang.ru/freq.pdf  
 
Взаимодействие функционально-грамматических полей наречия и предлога  
в практическом курсе русского языка для иностранцев 
Патаракина Евгения Олеговна 
Студентка Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, 
Москва, Россия 
Наряду  с  общепризнанными  функционально-семантическими  полями  (ФСП) 
существуют  поля  другого  типа,  в  частности,  функционально-грамматические  поля 
(ФГП),  формируемые  грамматическими  единицами  без  учёта  их  семантических 
характеристик  [Всеволодова 2009]. Выделяют  ФГП  как  самостоятельных,  так  и 
служебных частей речи.  
В  современной  лингвистике  до  сих  пор  не  вполне  разрешена  проблема 
разграничения  классов  наречий  и  предлогов.  Существует  множество  словоформ, 
принадлежность которых к одной из этих смежных частей речи спорна. Задачей нашей 
работы является поиск механизмов верификации и критериев, помогающих определить 
частеречную  принадлежность  слова  в  сложных  случаях,  а  также  проследить  процесс 
 
338

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
перехода  словоформ  из  одной  части  речи  в  другую.  Для  этого  мы  исследуем 
взаимодействие  функционально-грамматических  полей  (ФГП)  наречия  и  предлога  в 
русском языке. 
Так, к центральной зоне ФГП наречия можно отнести те словоформы, которые 
однозначно  характеризуются  как  наречие,  а  к  периферийной – спорные  случаи  и 
словоформы,  которые  содержат  признаки  и  наречий,  и  предлогов  и  потому  в  разных 
работах могут быть определены как слова разных частей речи. К таким случаям можно 
отнести  слово  наперерез,  которое  в  традиционной  школьной  грамматике  часто 
определяют  как  наречие.  Однако  данная  словоформа  управляет  падежом  зависимого 
слова  и  не  может  употребляться  изолированно.  В  предложениях,  где  рядом  с  ней  не 
стоит  зависимое  существительное,  оно  тем  не  менее  обязательно  присутствует  в 
предшествующем  контексте:  Преступник  пытался  убежать  через  поле,  и  я  кинулся 
наперерез.
  Здесь  позиция  зависимого  слова  рядом  с  предлогом  выражена  нулем,  но 
очевидно,  что  невозможно  кинуться  наперерез,  если  из  контекста  нельзя  выявить 
ответа на вопрос кому. Исходя из этого, слово наперерез не может считаться наречием 
и должно быть определено как предлог. 
Тем  не  менее  рассмотренный  случай  можно  отнести  к  начальному  этапу 
процесса  адвербиализации  предлога.  Переход  из  одной  части  речи  в  другую 
совершается  буквально  пословно,  и  определить  степень  этих  изменений  порой  очень 
трудно. Так, одно и то же слово в разных контекстах может быть ближе или дальше от 
центра ФГП. Рассмотрим также слово вокруг. В предложении Я обошёл вокруг дома эта 
словоформа  однозначно  определяется  как  предлог.  Однако,  если  изменить 
синтаксическую  конструкцию,  близость  словоформы  вокруг  к  классу  наречий  станет 
более явной: Я обошёл дом вокруг
Кроме  того,  в  естественной  речи  носителей  языка  отражаются  тенденции, 
которые  может  игнорировать  литературный  язык.  Так,  слово  близко,  традиционно 
определяемое  как  наречие,  можно  встретить  в  употреблении  близко  окна
указывающем на предложную природу этого слова.  
Ещё  один  этап  перехода  из  одной  части  речи  в  другую,  который  можно 
выделить при рассмотрении периферийных областей ФГП наречий и предлога, – этап, 
на  котором  наречие  является  частью  предлога,  то  есть  наречным  конкретизатором 
предлога. В этих случаях наречие является семантически обусловленным компонентом 
предложной единицы: вплоть до, задолго до
Наречные  конкретизаторы  предлога  можно  разделить  на  группы  по  разным 
признакам: во-первых, на свободные и связанные в зависимости от того, могут ли они 
употребляться вне предлога. Например, почти является свободным конкретизатором в 
сочетании  почти  до  сорока  лет,  потому  что  может  употребляться  и  отдельно  (почти 
закончил
),  а  вплоть  –  это  связанный  конкретизатор,  потому  что  его  употребление  в 
литературном  языке  возможно  только  с  предлогом:  вплоть  (до).  Отмечены 
ненормативные употребления слова вплоть без предлога
Ещё  один  признак – семантический,  разделяющий  наречные  конкретизаторы 
при предлоге на качественные и количественные. Качественные конкретизаторы могут 
быть  обстоятельственные  (наедине,  в  обнимку)  и  комитативные  (вместе,  совместно)
сравнительные  (наравне).  Количественные  же  можно  разделить  на  темпоральные 
(задолго, тотчас) и локативные (близко, вдогонку, сбоку). 
Кроме 
того, 
по 
семантике 
различаются 
конкретизаторы-векторы, 
конкретизаторы-скаляры  и  авторизационные  конкретизаторы.  Конкретизатор-вектор 
указывает  направление  действия  признака:  справа  (от).  Конкретизатор-скаляр 
указывает  отрезок  как  сферу  действия  признака:  непосредственно  (перед),  сразу 
(после
).  Авторизационные  конкретизаторы  указывают  отношение  говорящего  к 
сказанному: сразу же (после), тотчас же (после). 
 
339

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
Бывают случаи, когда эксплицирован только наречный конкретизатор, однако он 
остаётся  частью  предложного  образования:  Мы  шли  вместе.  Возможен  также 
конкретизатор  при  составном  предлоге:  с  января  по  май  включительно,  где  с…  по – 
единый предлог, а включительно – наречный конкретизатор при нём. 
Сложный  процесс  перехода  слов  в  другую  часть  речи,  происходящий  на 
периферии  ФГП,  почти  не  затрагивается  в  традиционной  описательной  грамматике. 
Однако  для  преподавания  русского  языка  иностранным  учащимся  он  имеет  большое 
значение. Подробное выделение этапов адвербиализации предлогов, а также изучение 
механизмов  этого  перехода  и  поиск  критериев,  по  которым  можно  определять 
частеречную принадлежность слова, помогает описать функционирование словоформ в 
сложных случаях. Это описание очень важно для обучения иностранцев правильному 
употреблению русских наречий и предлогов. 
Литература 
Всеволодова  М.В.  Поля,  категории  и  концепты  как  единицы  структуры  Языка // 
Вопросы языкознания. 2009. № 3. С. 76-99. 
Панков  Ф.И.  Проблема  бифункциональности  предлогов  и  наречий // Лiнгвiстичнi 
студiï: Зб. наук. праць. Випуск 13, 2005. С. 88-96. 
Национальный корпус русского языка: http://www.ruscorpora.ru/ 
 
Об одной грамматической трудности русского языка для иностранных учащихся 
(оппозиции много-многие, немного-немногие) 
Петрович Анастасия Павловна 
Студентка Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, 
Москва, Россия 
Средства  выражения  количества  часто  представляют  трудности  для 
иностранных  учащихся,  изучающих  русский  язык  (РЯ).  Центральный  в  группе  этих 
средств  класс  числительных  отличается  сильной  грамматической  разнородностью,  ср. 
например,  один – имеет 3 рода,  изменяется  по  адъективному  склонению;  два,  оба, 
полтора
 – имеют 2 формы рода, в  Им. и В.п. управляют Р.п. ед.ч. сущ., в косвенных 
падежах согласуются с ним (как и три и четыре); пять и выше в Им. и В.п. управляют 
родительным  падежом  мн.ч.  сущ.,  а  в  остальных  падежах  согласуются  с  ним.  Правил 
употребления  числительных  в  РЯ  огромное  количество,  и  нередко  они  вызывают 
трудности и у самих носителей языка. 
То  же  относится  и  к  словам,  выражающим  значение  неопределенного 
количества.  Однако  на  сегодняшний  день  эта  категория  слов  остается  значительно 
менее изученной, чем определенно-количественные числительные. В частности, до сих 
пор нерешенным остается вопрос о частеречной принадлежности многих из этих слов 
(много,  мало,  некоторые,  многие,  множество,  несколько  и  др.).  Одним  из  самых 
сложных  для  преподавания  в  иностранной  аудитории  элементов  микрополя 
неопределенной  количественности  остается  противопоставление  лексем  много-
многиенемного-немногие, специфичное для РЯ. 
Лексемы  много-многие,  немного-немногие  противопоставлены  на  всех 
уровнях  языковой  организации.  Во-первых,  они  выражают  разные  оттенки  значения 
неопределенного  количества:  слово  много  имеет  значение  ‘большое  количество  чего-
л.’ (У Вани много друзей), а многие обозначает ‘большу́ю часть из общего количества 
чего-л.’ (Многие  его  друзья – студенты,  то  есть  многие  из  его  друзей).  Однако 
отношение немного : немногие семантически не аналогично много : многиеНемного 
обозначает ‘небольшое количество чего-л.’ (Он допустил немного ошибок), а немногие 
оказывается  недифференцировано  с  точки  зрения  выражения  количественного 
значения  целого  или  части.  Немногие  сдавшие  этот  экзамен  смогут  поделиться 
опытом с остальными
 (= сдавшие, которых немного) – немногие означает ‘небольшое 
 
340

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
количество чего-л.’; ср. Немногие студенты смогли сдать этот экзамен (= немногие 
из студентов, небольшая их часть). 
При  этом  морфологически  оппозиции  много-многие,  немного-немногие 
аналогичны.  Много  и  немного – это  числительные,  имеющие  парадигму  склонения: 
Р., П. – (не)многих, Д. -им, Т. -ими, В.=И. [Зализняк 2008 : 449]. При этом в И. и В.п. 
названные  слова  управляют  Р.п.  мн.ч.  сущ. (и  ед.ч.  сущ. Sing.t.), а  в  косв.  падежах 
согласуются с сущ. во мн.ч. Интересно, что в И. и В.п. много и немного употребляются 
и  с  неисчисляемыми  сущ. (много  воды,  немного  чаю),  а  в  косв.  падежах  только  с 
названиями  предметов,  поддающихся  счету.  Многие  и  немногие  Зализняк  относит  к 
местоимениям-прилагательным,  причем  отмечает,  что  в  современном  языке  они 
сочетаются с сущ. только во мн.ч. [Зализняк 2008 : 224]. 
Важнейшим, однако, будет противопоставление этих лексем на синтаксическом 
уровне.  Многие  ученые  отмечают,  что  для  предложений  с  подлежащим  со  словом 
многие  характерен  прямой  порядок  слов  (Многие  мои  знакомые  учатся  в  МГУ),  а  со 
словом  много – обратный  (В  МГУ  учится  много  моих  знакомых).  Когда  же  много 
переносится  в  начало  предложения,  это  эмфаза  и  много  дополнительно  выделяется 
ударением  (Много  ты  знаешь!) [Красильникова 2004 : 425]. Однако  это  не  означает, 
что  многие  однозначно  тяготеет  к  теме,  а  много – к  реме  предложения.  В  позиции 
ремы много и многие оказываются часто взаимозаменяемы без особенного ущерба для 
смысла: При продаже части госпакета акций решатся многие проблемы компании. ср. 
При  продаже  части  госпакета  акций  решится  много  проблем  компании.  Однако 
можно выделить 3 позиции, в которых такая взаимозамена невозможна: 
1) бытийные предложения, в т.ч. топикализованные: 
На улице было много машин. ср.*многие машины 
Студентов  в  аудитории  сидело  немного.
  ср.*Студенты  в  аудитории  сидели 
немногие. 
2) позиция прямого дополнения в реме, в т.ч. топикализованные конструкции: 
Он прочел немного книг. ср.*немногие книги 
Цветов мне подарили много
. ср.*Цветы мне подарили многие. 
3)  конструкция  (не)многие  из + Nр  с  эксплицированным  значением  «части  из 
целого»: 
На вечере были многие из его коллег. ср.*много из его коллег 
Кроме  того,  различие  между  лексемами  много-многие,  немного-немногие 
выражается  и  в  интонационном  оформлении  высказывания.  Формальные  различия 
между  ними  стираются  в  косвенных  падежах,  где  происходит  совпадение  парадигм, 
однако  в  устной  речи  противопоставление  сохраняется.  Словосочетания  со  словом 
много  в  косв.  падежах  имеют  смысловое  ударение  на  обеих  словоформах:  Во  мно́гих 
слу́чаях возникают неожиданные побочные эффекты
 (= таких случаев много). Если же 
в  словосочетании  использовано  прилагательное  многие,  то  смысловое  ударение 
ставится  только  на  нем,  а  существительное  остается  безударным:  Во  мно́гих  случаях 
исход  битвы  предрешен,  если  силы  противников  не  равны
  (во  многих  случаях,  но  не 
всегда,  не  во  всех).  Ср.  еще:  Это  был  самый  замечательный  из  мно́гих  вечеро́в, 
проведенных нами на берегу Байкала. Я спросил у мно́гих однокурсников, но никто не 
знал, где будет лекция по морфологии
 (пример из [Амиантова 2010 : 356]). 
Таким  образом,  разница  в  семантике  слов  много–многие,  немного–немногие 
определяет  различия  в  их  грамматических  характеристиках.  Именно  такое – 
интегральное – описание  языковых  явлений,  учитывающее  данные  семантики, 
морфологии, синтаксиса и фонетики вкупе с семасиологическим подходом (от смысла 
к  форме)  является  целью  теории  функционально-коммуникативной  грамматики, 
ориентированной на преподавание РКИ. 
 
Литература 
 
341

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
Амиантова Э.И., Битехтина Г.А. и др. Лексика русского языка. Сборник упражнений. 
М., 2010. 
Зализняк А.А. Грамматический словарь русского языка: Словоизменение. М., 2008. 
Красильникова Л.В. Выражение определенности и неопределенности // Книга о 
грамматике. Русский язык как иностранный. М., 2004. С.418-428. 
 
Использование русских сказочных сюжетов и мультфильмов  
в работе с глаголами движения на уроках РКИ 
Подшивалова Елена Александровна 
Преподаватель Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, 
Москва Россия 
Ни для кого не секрет, насколько важна и одновременно сложна тема «Глаголы 
движения»  для  иностранных  учащихся.  Именно  этим  обусловлен  бесконечный  поиск 
преподавателями  способов  сделать  материал  более  наглядным,  а  следовательно,  и 
более понятным. Более того, тема «Глаголы движения» — это тема, которая просто не 
может  объясняться  «на  пальцах».  Здесь,  как  нигде,  необходим  богатый 
иллюстративный  материал,  причем  статических  рисунков  часто  оказывается 
недостаточно.  Пособия  же,  как  правило,  содержат  не  иллюстрации,  а  методические 
рекомендации преподавателю подобрать соответствующие картинки. 
Кроме  того,  тема  «Глаголы  движения»  требует  серьезной  и  долгой  работы. 
Очевидно,  что  языковых  упражнений  на  заполнение  пропусков  или  подстановку 
оказывается  недостаточно.  Необходимы  задания,  которые  будут  провоцировать 
учащихся  на  порождение  своего  текста.  Материалом  для  такой  работы  могут 
послужить  сказочные  сюжеты  и  мультфильмы.  Мультфильмы  как  материал  для 
стимула  оказываются  даже  более  эффективными,  т.к.  содержание  в  основном 
передается видеорядом, а не словесно. 
Из  опыта  видно,  что  иностранные  студенты  с  удовольствием  работают  над 
любой  темой,  если  в  ней  используются  сказочные  сюжеты.  Им  также  нравится 
знакомиться  с  образцами  отечественной  мультипликации.  Как  правило,  студенты  из 
стран  Азии  изначально  имеют  представление  только  о  мультипликации  Китая  и 
Японии, стилистика которых совершенно отлична от российской.  
Заметим, что даже лексические трудности, с которыми инофоны сталкиваются, 
работая с русскими народными сказками или текстом мультфильмов, не пугают их. В 
первую  очередь,  это  многочисленные  названия  животных,  а  также  названия  (иногда 
устаревшие)  бытовых  реалий.  Некоторые  лексические  трудности  при  работе  с 
письменным текстом легко устраняются при адаптации (изба → дом и под.). Конечно, 
снять  лексические  трудности  проще,  если  используются  технические  возможности,  в 
частности – демонстрация видеоматериалов. 
Сказки  и  мультфильмы  привлекают  как  студентов,  так  и  преподавателей 
короткими и занимательными сюжетами. Не случайно в пособии по глаголам движения 
[Юдина,  Битехтина]  удачно  представлено  немало  сказочных  сюжетов.  Для  сравнения 
сошлемся  на  пособие  [Сорокина],  где  для  чтения  и  обсуждения  представлен 
сокращенный текст романа А. Беляева «Человек-амфибия». Этот материал, несмотря на 
сильную  адаптацию,  оказывается  слишком  сложным  даже  для  студентов,  владеющих 
русским языком в объеме второго сертификационного уровня. 
Итак,  представляется,  что  включение  в учебный  процесс  сказочных  сюжетов  и 
особенно мультфильмов (как более наглядного материала) поможет сделать работу над 
темой  «Глаголы  движения»  более  эффективной  и  занимательной.  Поскольку 
волшебные  сказки  имеют  типичную  структуру  (отправление  в  путь – выполнение 
задания – возвращение) [Пропп], многие из них могут стать материалом для работы в 
аудитории. Бытовые сказки также нередко имеют в своей основе перемещение героев. 
 
342

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
Работать  со  сказкой  можно  уже  на  уровне  представления  материала  (чтение  с 
комментированием). В этой связи можно упомянуть сказки «Репка» (приставка при-), 
«Колобок» (приставка у-), мультфильм «Апельсин» из серии «Веселая карусель» (при- 
и у- одновременно).  
Однако  более  эффективно  сказочные  сюжеты  можно  использовать  на  этапе 
закрепления и контроля. Заметим, что обращение к подобному материалу в аудитории 
позволяет  отрабатывать  не  только  грамматические  навыки  учащихся,  но  и  речевые,  а 
именно  аудитивные.  После  подготовительной  лексической  работы  сказка  может  быть 
озвучена преподавателем для последующего воспроизведения учащимися в устной или 
письменной  форме.  Можно  также  попросить  учащихся  закончить  сказку,  рассказать 
сказку  по  иллюстрациям.  Некоторые  сказки  оказываются  знакомы  инофонам 
(например, «Снегурочка»).  Кроме  «Снегурочки»,  могут  быть  использованы  такие 
сказки,  как  «Аленький  цветочек», «Гуси-Лебеди», «Летучий  корабль», «Доктор 
Айболит» и др. Конечно, выбор преподавателя будет определяться уровнем подготовки 
студентов. 
Особенно  популярным  заданием,  вызывающим  у  студентов  большой  интерес, 
является  итоговое  задание  рассказать  свою  (национальную  или  самостоятельно 
придуманную)  сказку.  Конечно,  непременное  условие – герои  должны  много 
перемещаться.  В  основном,  студенты  рассказывают  национальные  сказки,  любят 
обсуждать их. Они ценят интерес преподавателя к их культуре. 
Особо  следует  оговорить  возможность  работы  с  мультфильмами.  В  настоящее 
время  доступность  материалов  не  представляет  трудностей,  так  как  существуют 
обширные  фильмотеки online (например, http://multonline.ru, http://mults.spb.ru и  др.). 
Таким образом, на самом занятии можно даже не тратить время на просмотр: студенты 
могут просмотреть мультфильм дома, готовясь к занятию. Более того, если поставить 
перед  учащимися  задачу  найти  мультфильм  самостоятельно,  даже  в  пределах 
конкретного  сайта,  можно  стимулировать  их  интерес  и  к  другим  произведениям,  и  к 
работе в пространстве рунета в принципе. 
Таким  образом,  русские  народные  сказки  и  мультфильмы  представляют  собой 
ценный  учебно-методический  материал  для  преподавателя,  работающего  над  темой 
«Глаголы движения» с иностранными учащимися. 
Литература 
Пропп В.Я. Морфология сказки. Л., 1928. 
Сорокина Г.Л. Глаголы движения — без ошибок. М., 2006. 
Юдина  Л.П.,  Битехтина  Г.А.  Глаголы  движения.  Устные  упражнения  с 
комментариями. М., 2005. 
 
Энантиосемичные единицы как предмет изучения  
на уроке русского языка как иностранного 
Федосеева Анна Вячеславовна 
Студентка Новосибирского государственного технического университета, 
Новосибирск, Россия 
Стремление  сделать  межкультурное  общение  по-настоящему  эффективным  в 
методике  преподавания  русского  языка  как  иностранного  часто  связано  с 
использованием  в  учебной  практике  таких  языковых  средств,  которые  позволят 
иностранным  учащимся  лучше  понимать  не  то,  что  говорят  русские,  а  то,  что  они  на 
самом  деле  хотят  сказать.  К  числу  таких  языковых  средств  можно  по  праву  отнести 
энантиосемичные  единицы,  знание  и  понимание  которых  иностранцами  показывает 
высокий  уровень  сформированности  не  только  их  языковой,  но  и  коммуникативной 
компетенции. 
Наше  обращение  к  явлению  лексической  энантиосемии,  под  которой  мы 
понимаем  явление  развития  в  слове  противоположных  значений,  стоящее  на 
 
343

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
пересечении  полисемии  и  антонимии,  продиктовано  включенностью  энантиосемии  в 
число наиболее активных тенденций современного словоупотребления [Ермакова: 61]. 
Такое  наблюдение  противоречит  традиционному  пониманию  энантиосемии  как 
«особой,  непродуктивной  разновидности  антонимии;  противоположности  значений 
одного и того же слова» [ЭРЯ: 29]. Точка зрения о непродуктивности данного явления 
оспоривается  многими  исследователями.  В  частности,  О. П. Ермакова  отмечает 
нетипичность  полной  энантиосемии  в  русском  языке  по  сравнению  с  частичной 
энантиосемией, 
источником 
которой, 
чаще 
всего, 
является 
ироническое 
словоупотребление [Ермакова: 60]. 
С позиции методики преподавания русского языка как иностранного, нам важно 
не  столько  данное  разграничение,  сколько  утверждение  о  продуктивности  и 
распространенности  энантиосемии  в  современной  коммуникации.  Более  того, 
начальным этапом знакомства иностранных учащихся с энантиосемичными единицами, 
на  наш  взгляд,  должны  служить  именно  примеры  полной  языковой  (т.е. 
зафиксированной  в  словарях)  энантиосемии,  например:  Я  прослушал  Ваш  доклад 
(прослушать1 – ‘воспринять слухом’ и прослушать2 – ‘не услышать, пропустить’).  
Более сложным этапом, предполагающим достаточно высокий уровень языка и 
развитое  языковое  чутье,  является  правильное  понимание  и  использование 
эмоционально-оценочных  энантиосемичных  единиц,  зависящее  иногда  только  от 
интонации,  например:  Помог  он  тебе?    Да,  помог!  (интонация  помогает  распознать 
возможную интенцию говорящего при использовании слова помог – 1) не помог, даже 
отказал  в  помощи  или 2) оказанная  помощь  оказалась  медвежьей  услугой).  Также 
нужно  отметить,  что  противоположные  значения  в  случаях  оценочной  энантиосемии 
часто  являются  переносными,  например:  Посмотри  на  свое  сокровище!  Весь  в  грязи! 
Практически  невозможным,  в  данном  случае,  оказывается  сужение  круга 
энантиосемичных единиц, поскольку «потенциально любое оценочно заряженное слово 
может содержать способность выступать в энантиосемичном значении» [Цоллер: 82] 
Понимание  высказывания  в  противоположном – буквальном  смысле,  т.е.  не 
распознавание 
иностранцем  энантиосемии, 
может 
привести 
к 
серьезным 
коммуникативным  неудачам  в  общении  с  носителями  русского  языка  или  при 
восприятии  аутентичных  текстов.  Энантиосемия  в  разговорном  общении  и  практике 
СМИ  способна  привнести  в  коммуникацию  новые  смыслы,  обогатить  ее,  что  активно 
используется  в  современном  языке.  Последнее  замечание  также  нужно  учитывать  в 
процессе  преподавания  русского  языка  как  иностранного,  поскольку  разнообразие 
используемых  лексических  единиц  и  способность  актуализировать  различные  их 
значения является важной составляющей коммуникативной компетенции иностранного 
студента. 
Включить  энантиосемичные  единицы  в  языковой  материал  урока  РКИ  сложно 
на  начальном  этапе  обучения,  поскольку  лексическая  единица  (аффикс),  в  первую 
очередь, должна быть усвоена в основном употребительном значении, после чего могут 
быть  представлены  переносные  и  коннотативные  значения.  Но  на  основном  и 
продвинутом этапах работа с энантиосемичной лексикой должна быть частью обучения 
иностранцев  не  только  в  рамках  такого  аспекта,  как  обучение  лексике,  но  и  при 
отработке  навыков  аудирования  (распознавание  смыслоразличительной  интонации  в 
случае эмоционально-оценочной энантиосемии) и говорения. 
Таким  образом,  конкретным  материалом  для  проведения  занятия  могут  стать 
аудио- и видеоматериалы: фрагменты из кинофильмов, теле- и радиопередач, интервью 
(то  есть,  примеры  не  учебной,  а  живой  коммуникации).  Тексты  для  чтения  могут 
представлять  собой  выдержки  из  СМИ  и  Интернет-ресурсов  (в  частности,  блогов, 
общения на форумах), художественных текстов. В качестве своего рода «базы данных» 
может быть использован Национальный корпус русского языка. 
 
344

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
Сложнее  всего  организовать  разговорную  практику  иностранных  студентов  с 
применением  изучаемых  единиц.  Она  может  быть  проведена  в  рамках  этикетной 
беседы,  например:  А кто-нибудь  знает,  какая  завтра  будет  погода,  я  утром  прогноз 
прослушала…
  и  т.п.  Отработка  интонационного  выделения  эмоционально-оценочных 
единиц  может  проходить  в  предлагаемых  самими  студентами  коммуникативных 
ситуациях. 
Ознакомление  иностранных  студентов  с  лексической  энантиосемией  в  рамках 
учебного  курса  РКИ  предполагает,  в  первую  очередь,  кропотливую  работу  самого 
преподавателя  над  выбором  материала,  построением  плана  занятия  с  целесообразным 
включением  в  него  данной  информации  и  ее  отработкой.  Общей  же  целью, 
обусловливающей  включение  в  учебный  материал  наиболее  актуальных  языковых 
тенденций,  является  формирование  речевой  и  коммуникативной  компетенций 
учащихся в современном пространстве коммуникации. 
Литература 
Ермакова  О.П.  Активные  процессы  в  лексике  и  семантике // Современный  русский 
язык: активные процессы на рубеже XX-XI вв. М., 2008. С. 60-69. 
Цоллер  В.Н.  Эмоционально-оценочная  энантиосемия  в  русском  языке // 
Филологические науки. 1998. №4. С. 76-83. 
[ЭРЯ] - Русский язык: Энциклопедия / Под ред. Ю.Н. Караулова. М., 2003.  
 
Функционирование отрицательных наречий в русском языке 
(лингводидактический аспект) 
Хазанова Александра Алексеевна 
Студентка Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова, 
Москва, Россия 
Корректное  выражение  отрицания  на  русском  языке  нередко  вызывает 
трудности  у  иностранных  учащихся,  приводящие  к  ошибкам  типа  *Пётр  никогда 
прочтёт  эту  книгу  
(вместо  Пётр  никогда  не  прочтёт  эту  книгу).  Сложности 
возникают  и  при  определении  места  отрицания  в  предложении:  *Оля  не  совершенно 
умеет  петь
  (вместо  Оля  совершенно  не  умеет  петь).  Одним  из  ярких  средств 
передачи  данного  значения  являются  лексемы  типа  никогда,  неплохо,  беспечно
безвкусно,  алогично,  внепланово,  дисгармонично,  дезорганизованно  и  др.  Дело  в  том, 
что  отрицательные  наречия  за  счёт  своих  формальных  и  семантических  показателей 
при функционировании в речи могут формировать как собственно отрицательные, так и 
положительные,  утвердительные  смыслы.  Ср.:  Он  провёл  свой  отпуск  бездарно. – Он 
провёл свой отпуск небездарно
Всё прошло безуспешно. – Всё прошло небезуспешно.  
Анализ  языкового  материала  показал,  что  в  русском  языке  все  наречия  этого 
типа представляют собой организованное и на семантическом, и на формальном уровне 
множество  лексем,  которое  может  быть  представлено  в  виде  семантической  и 
морфосинтаксической системы бинарных оппозиций. 
Морфосинтаксическая  классификация  (система)  строится  по  принципу 
наличия/отсутствия  у  наречия  отрицательного  форманта  (чаще  всего  префикса), 
который  по  происхождению  может  быть  либо  предлогом  (без/бес – безмерно, 
беспошлинно
; вне – внепланово, внеурочно), либо частицей (не/ни – некуда, никуда). К 
отрицательным  наречиям  с  формально  отсутствующим  формантом  отрицания  перед 
собой,  однако  «требующим»  такого  форманта  у  следующего  за  ними 
распространяемого компонента, относятся, в частности, такие лексемы, как абсолютно 
(не)
,  далеко  (не),  сроду  (не),  отроду  (не),  вовсе  (не),  отнюдь,  совершенно  (не),  совсем 
(не), 
а также вечно, выражающее модус отрицания. Отрицательные наречия могут быть 
с  одним  (нечасто,  беззащитно)  или  с  двумя  формантами  (небеспредельно, 
небезучастно
). Сам формант при этом может быть как собственно (исконно) русским 
(не/ни  или  без/бес – негусто,  нимало,  безрадостно,  бессонно),  так  и  иноязычным 
 
345

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
(а/анти/дис/дез – аморально,  антинародно,  дисгармонично,  дезорганизованно).  Для 
морфосинтаксической классификации важно также учесть, что одни наречия способны 
употребляться  вообще  без  форманта  (некрасиво – красиво,  беззастенчиво – 
застенчиво
), другие – нет (бесшабашно – *шабашноненастно – *настно).  
Семантическая  классификация  отрицательных  наречий  учитывает  их 
содержательную  сторону,  включающую  объективные  и  субъективные  смыслы.  Все 
наречия данной категории могут быть разделены на два больших класса – диктальные 
(полнознаменательные)  наречия,  которые  играют  самостоятельную  роль  в  структуре 
предложения,  и  строевые  (неполнознаменательные),  осложняющие  структуру 
предложения дополнительными смыслами.  
Диктальные  наречия  включают  в  себя  характеризационные  и  логические, 
которые  в  свою  очередь  также  делятся  на  более  конкретные  подмножества. 
Характеризационные  наречия  подразделяются  на  наречия  образа  действия  (вничью, 
безграмотно,  небыстро
),  статальные  наречия  (нерадостно,  нежарко)  и  наречия 
аксиологической  оценки  (нерационально,  небезобразно),  наречия  оценки  количества 
признака  (абсолютно,  немного,  далеко)  и  оценки  качества  действия  (неуклюже, 
некрасиво
).  Среди  логических  наречий  выделяются  временные  (неожиданно, 
незадолго
)  и  пространственные  (некуда,  неподалеку,  нигде),  целевые  (бесцельно, 
непреднамеренно,  неумышленно
)  и  причинные  (беспричинно,  поневоле,  недаром
лексемы.  Важно  отметить,  что  между  всеми  этими  классами  нет  чётко  обозначенных 
границ.  
Среди  строевых  наречий  выделяют  два  подкласса:  модальные  модификаторы 
(необходимо,  нельзя,  невозможно,  нежелательно)  и  наречия  персуазивности, 
выражающие  ту  или  иную  степень  уверенности/неуверенности  говорящего  в 
истинности сообщаемого (безусловно, неоспоримо, неверно).  
Интересно заметить, что, как правило, все отрицательные наречия независимо от 
своей  синтаксической  позиции  (присловной,  позиции  вводного  слова  и  др.)  в 
предложении  отмечены  главным  фразовым  ударением  (центром  ИК):  Неча1сто 
приходится писать о кладах.
 
Рассмотрим  функционирование  отрицательных  наречий  на  материале  лексем 
ничего,  нисколько  и  отнюдь,  анализ  которых  проводился  с  учётом  их  значения, 
которое  мы  выявляем  непосредственно  из  контекста.  Рассмотрим  эти  контексты, 
взятые  из  пособия  [Володина 2008], где  представлено  использование  наиболее 
частотных  языковых  средств,  которые  употребляются  в  разговорной  речи  для 
выражения  отношения  к  какому-либо  факту,  отношения  к  сообщению  собеседника  и 
т.д. 
(1) – Он тебе понравился? – Ничего2. 
(2) – Он тебе понравился? – Ниско2лько! 
(3) – Он тебе понравился? – Отню2дь
Как  мы  видим,  во  всех  трёх  примерах  говорящий  задаёт  своему  собеседнику 
один и тот же вопрос, но везде получает разный, с точки зрения содержания, ответ.  
В  первом  случае  наречие  ничего  чисто  внешне  выражает  отрицание,  но 
семантика  у  него  положительная.  В  данном  примере  говорящий  отвечает  на  вопрос 
утвердительно,  но  даёт  при  этом  более  сдержанный  ответ,  чем  когда  мы  используем 
слово «да».  
Во втором примере наречие нисколько и формально, и семантически выражает 
отрицание. Так говорящий отрицает верность предположения и подчёркивает, что оно 
не соответствует истине ни в малейшей степени [Володина 2008: 32].  
Наречие  отнюдь,  употреблённое  в  последнем  примере,  по  сравнению  с 
наречием нисколько формально не выражает своего отрицания, но по своему значению 
несёт в себе более категоричное несогласие с высказанным предположением, указывая 
полное несоответствие истине [Володина 2008: 32]. 
 
346

Секция «Филология» 
Подсекция «Русский язык как иностранный» 
Представленные  наречия  являются  лишь  частью  большой  целостной  системы 
значений  отрицательных  наречий,  которая  заслуживает  дальнейшего  рассмотрения  на 
основании занимаемых отрицательными наречиями синтаксических позиций. 
Литература 
Володина Г.И. А как об этом сказать?: Специфические обороты разговорной речи. М., 
2008. 
  
 
 
347

Document Outline

  • Литература

1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   12

Похожие:

Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  iconСистема значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности 
Соискатель, Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова, Москва, 
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  iconЗадачи урока: образовательные: изучить орфографическое правило об употреблении мягкого знака после шипящих на конце наречий научить работать с дополнительными источниками информации
Цель урока: выработать стойкие навыки написания мягкого знака после шипящих на конце наречий
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  icon This article is about the system of local adverbs as a part of local structures in the Russian language. 
ЛН как иерархической системы, для чего необходи- выполняла бы роль целостного грамматического ядра фсп. 
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  icon1.  Фрагмент гос впо по специальности 080109 «Бухгалтерский учет, анализ и  аудит», относящийся к дисциплине «Бухгалтерский (финансовый)
Фрагмент учебного плана, относящийся к дисциплине   5 
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  icon «Рейтинговая система оценивания знаний учащихся». 
Традиционная  система  все  меньше  удовлетворяет  как  учителя,  так  и  ученика  и 
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  iconСоколов М. Н.   С 59  Принцип рая  
На переплете: фрагмент мозаики «Крест как Древо жизни» в базилике Сан-Клементе в Риме. 
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  iconПредмет и задачи школьного курса информатики
Информация и информационная деятель­ность человека. Человек как биологическая система обработки информа­ции. Общество как социальная...
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  iconРешение вопроса об их соотношении предполагает, как будто бы
Время создания трагедии Прометей Прикованный, к которой отно- сится фрагмент, содержащий описание извержения Этны 351-372, да
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  iconФ. Д. Псурцев Некоторые закономерности воспроизведения пространственных описаний при переводе (на материале отрывка из романа У. Бойда «Браззавильский Пляж»)
Некоторые закономерности воспроизведения пространственных описаний при переводе (на материале отрывка из романа У. Бойда «Браззавильский...
Система значений пространственных наречий как фрагмент фсп локативности  iconКурсовая работа 
...
Разместите кнопку на своём сайте:
TopReferat


База данных защищена авторским правом ©topreferat.znate.ru 2012
обратиться к администрации
ТопРеферат
Главная страница