О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола 




Скачать 90.56 Kb.
PDF просмотр
НазваниеО. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола 
Дата конвертации27.11.2012
Размер90.56 Kb.
ТипСтатья
41
Лингвистика
О. В. Волощенко
Отражение семиотических смыслов нарратива 
в семантической структуре глагола 
(на материале русской волшебной сказки)
Статья посвящена анализу влияния картины мира на язык фольклорных 
произведений: как в языковой картине мира выражаются особенности миро-
восприятия и познания действительности отдельным человеком и народом 
в целом. Проблема рассматривается на материале глаголов со значением знания 
и отсутствия знания, у которых под влиянием фольклорной концептосферы про-
исходит изменение семантической структуры.
Ключевые слова: лигвофольклористика, семантическая структура слова, глаго-
лы ментальной деятельности. 
Возросшее в последнее время внимание к человеку и к различным видам 
его деятельности ознаме новалось в лингвистике переходом к антропоцент-
рической парадигме исследования, обращением к теме че ловеческого фак-
тора  в  языке,  рассмотрением  антропологически  обусловленных  свойств 
языка. В рамках данной парадигмы одной из ведущих является проблема 
отношения языка и картины мира: как в языковой картине мира выражают-
ся особенности мировосприятия и познания действительности отдельным 
человеком и народом в целом. Интересный материал в этом плане пред-
ставляет язык произведений фольклора – аккумулятора духовного опыта 
народа, отражающего особенности фольклорной концептосферы, в част-
ности, анализ особенностей семантической структуры глаголов со значе-
нием знания и отсутствия знания, у которых под влиянием фольклорной 
концептосферы происходит изменение семантической структуры.
Глаголы  группы  со  значением  знания  «обо значают  не  то,  что  созда-
ется  в  процессе  мыслительной  деятельности,  а  то,  что  приобретается 

42
человеком в процессе отражения действительности. Это и обусловливает 
их тесную связь с глаголами перцептивной, волевой, умствен ной и даже 
физической деятельности: источником знания может быть только то, что 
Лингвистика
воспринимается,  отражается  посредством  органов  чувств,  поступающая 
информация становится знанием лишь в результате мыслительной пере-
работки ее» (выделено нами. – О.В.) [2]. 
В  сказочном  нарративе  глаголы  знания  представлены  лексемами 
«знать», «ве дать». В литературном языке у глагола «ведать» три значе-
ния: 1) знать что, иметь понятие, сведение о чем-л. (употр. с оттенком 
торжественности в поэт. языке, в старом и областном чаще с отрицанием 
не); 2) испытывать, ощущать, чувствовать; 3) управлять, заведовать, рас-
поряжаться чем-л. [БАС, 2, с. 109–110; МАС, 1, с. 144]. Глагол «знать» 
имеет семь значений: 1) иметь сведения о ком-, чем-л.; 2) обладать зна-
нием  чего-л.,  иметь  специальные  познания  в  какой-л.  области; 3) быть 
знакомым с кем-л.; 4) понимать, созна вать, отдавать себе отчет в чем-л.; 
5)  испытывать,  переживать; 6) (в  отрицат.  оборотах)  соблюдать  что-л., 
считаться с чем-л.; признавать; 7) употребляется с целью обратить вни-
мание собеседника на предмет разговора [МАС, 1, с. 617]. По мимо этого 
глаголы  различаются  стилистически: «ведать»  является  устаревшим 
[МАС, 1, с. 144].
В  сказке  данные  глаголы  реализуют  менее  широкий  круг  значений: 
1) иметь сведения о ком-, чем-л.; 2) быть знакомым с кем-л.; 3) обладать 
уменьем  в  чем-н.,  уметь  испол нять  что-н. [МАС, 1, с. 617; Ушаков, 1, 
с. 1110; БАС, 4, с. 1288–1297]. 
В сказочном нарративе нет различий в употреб лении «знать» и «ведать»: 
они  синонимичны,  при  этом  предпочтение  от дается  лексеме  знать  (она 
более  частотна  в  тексте).  Оба  глагола  чаще  всего  реализуют  семему 
«обладать  инфор мацией  об  объекте».  Указанным  глаголам  свойственна 
одна общая архисема «обладать информацией». Помимо нее в семанти-
ческой структуре глагола актуализируется дифференциальная сема объ-
екта («об  объекте»).  Сказке  присущ  типизированный  характер  знания: 
в тенденции выделяются несколько содержательных типов информации, 
которая  служит  толчком  к  развитию  сказочного  повествования.  Объек-
том знания в сказочном нарративе выступают: 1) локус (пространствен-
ные координаты предмета поисков); 2) мысли другого субъекта; 3) истин-
ное,  а  не  видимое  или  оглашаемое  положение  вещей; 4) информация 
о беде, постигшей героя или грозящей ему; 5) общепринятые в социуме 
положения и установки (таблица 1).
Примеры, когда объектом знания являются другие виды информации, 
в сказке единичны (таблица 2).

43
Таблица 1.
 
и
ие
ук
ск
Тип персонажа
на
че
Пример
(по В.Я. Проппу),
который является 
логи
ло
субъектом знания
Фи
1.  Объект знания – локус (пространственные координаты предмета поисков)
<…> старушка <…> посылает к своей старшей се стре: 
она-де знает, где найти Финиста ясна сокола! 
помощник
[Афанасьев, № 234]
Царь в ту же минуту созвал своих подданных и стал про 
кольцо расспрашивать. Вызвался один малый рак и гово-
пособник 
рит: «Я знаю, где оно находится <…>».
помощника
[Афанасьев, № 191]
Баба-яга накормила его, напоила, в бане выпарила; 
а царевич рассказал ей, что ищет свою жену Васили су 
Премудрую. «А, знаю! – сказала баба-яга. – Она теперь 
у Кощея Бессмертного; трудно ее достать, нелегко 
помощник
с Кощеем сладить: смерть его на конце иглы <…>». 
[Афанасьев, № 269]
Приходит к другому дому; двери знает как искать
вошел в дом, а тут его мать». [Афанасьев, № 269]
герой
2.  Объект знания – содержание мысли другого субъекта
«Повезли они купеческу дочь домой и разговаривают 
с ней быстро, а она уж знает, что они хочут делать». 
герой
[Афанасьев, № 231]
Идет он пустырями, закоулками, а навстречу ему баба-
яга: «Стой, королевский слуга! Я все твои думки ведаю
помощник 
хочешь, пособлю твоему горю неминучему?»
антагониста
[Афанасьев, № 212]
«Не тронь меня, кот! Я знаю, зачем ты пришел, ты при-
шел за колечком – я тебе достану его». 
пособник 
[Афанасьев, № 190]
помощника
3.  Объект знания – истинное, а не видимое или оглашаемое положение вещей
«Ведаю я все: не царь, а ты мои слова исполнял, я за 
тебя замуж иду!» 
царевна
[Афанасьев, № 170]
«Знаю я – то будет не простая кобыла, а сама чертова 
жена!» 
помощник
[Афанасьев, № 226]
4.  Объектом знания является информация о беде, постигшей героя или 
грозящей ему.
<…> выскочило два молодца: «Что, Иван-царевич, 
прика жете?» – «Вот братцы, я в несчастии!» – «Знаем 
мы это, счастлив еще, что мы двое за ключом остались!» 
помощник
[Афанасьев, № 189]

44
Таблица 1. Окончание.
Тип персонажа
Пример
(по В.Я. Проппу),
который является 
Лингвистика
субъектом знания
Увидал ее в окошечко Иван купеческий сын и закричал 
гром ким голосом: «Смилуйся, царевна, выпусти меня на 
волю; может, и я пригожусь! Ведь я знаю, что царевич 
поехал на Елене Прекрасной свататься, только без меня 
герой
ему не жениться, а разве головой поплатиться. Чай, 
сама знаешь, какая хитрая Елена Прекрасная и сколько 
женихов на тот свет спровадила». 
[Афанасьев, № 240]
5.  Объект знания – общепринятые в социуме положения и установки
«Эх, люди вы старые, сами вы ведаетекто на сем 
свете не плачет, будет плакать в будущем веке». 
помощник
[Афанасьев, № 259]
Случилось так, что тою стороною ехал царь: видит, 
с до роги, что далеко в поле пашут землю никак барщи-
ной – так много народу! – а ему ведомо, что в той сто-
царь
роне не причи тается барской земли.  [Афанасьев, № 146] 
«Что ты, дурак! Куда собираешься? Али людей сме-
шить?» – «Про то я знаюУмным – дорога, и дуракам 
герой
путь не зака зан».
[Афанасьев, № 216]
Таблица 2.
Тип персонажа
Пример
(по В.Я. Проппу),
который является 
субъектом знания
а) о способе улучшения благосостояния персонажа: 
«Это что за ремесло! Вот я такое знаю, что без 
бары шей не останешься. Добудь-ка рублей 
помощник
сотню-другую, все дело поправим». 
[Афанасьев, № 212]
б) о способе расправы над антагонистом: 
«Я знаючем от беды избавиться, прикажите 
у своего ближнего воеводы отрубить правую ногу 
герой
да левую руку – сейчас корабли пропадут». 
[Афанасьев, № 215]
в) о причине наказания героя: 
«А дедушка сам отзывается, приказывает чертям 
при тащить кузницу да накалить железные пру-
тья: «Теми прутьями горячимы проймите его до 
антагонист
самых костей, чтоб знал да ведал, как в чужие 
палаты ходить!» 
[Афанасьев, № 271]

45
Как  свидетельствуют  примеры,  в  качестве  субъекта  знания  выступа-
 
и
ие
ук
ют  не  все  типы  персонажей,  а  только  помощник,  даритель,  антагонист, 
ск
на
че
герой,  царь/царевна.  Это  позволяет  утверждать,  что  обладание  знанием 
логи
свойственно не всем персонажам сказочного мира. 
ло
В семантической структуре глаголов «знать» и «ведать» актуализиру-
Фи
ется потенциальная сема полноты знания («абсолютное знание»). Сказ-
ке  присуща  только  положительная  оценка  объема  имеющегося  знания 
(в  большинстве  случаев  это  абсолютное  знание),  которая  выражается 
с помощью определительных местоимений «больше всех», «весь», «все», 
«всякий» (единичный случай – наречие «много»):
Таблица 3.
Тип персонажа
Пример
(по В.Я. Проппу),
который является 
субъектом знания
«А учитель все знает, все ведает».  [Афанасьев, № 252]
антагонист
«<…> я тебя <героя>счастливым сделаю; будешь знать 
все, что на свете есть <…>». 
герой
[Афанасьев, № 248]
«Весело  стало  жить  королевскому  сыну:  ест-пьет  хо рошо, 
все знает, все ведает, музыка целый день гремит».
герой
[Афанасьев, № 123]
«Отдали они его учиться <…>, чтоб <герой> по-всячес-
ки знал <…>, ну, словом, чтоб все знал!» 
герой
[Афанасьев, № 252]
«Ступай ты <герой> в правую руку, ты больше меня 
знаешь, боль ше меня снести можешь».
о герое
[Афанасьев, № 195]
«Ты <помощник> завсегда больше всех знаешь!» 
[Афанасьев, № 214]
о помощнике
«Вот она вперед забежала и говорит: «Скажи мне думу 
свою крепкую; я <даритель> человек старый, все знаю». 
даритель
[Афанасьев, № 136]
Реализация семы полноты знания, как правило, сопровождается актуа-
лизацией дифференциальной семы способа получения знания – «априор-
ное знание
», «знание, полученное в награду». Вид актуализируемой семы 
(«априорное знание», «полученное в награду») тесно связан с субъектом 
знания. Если это антагонист, помощник или царевна, то у глаголов зна-
ния актуализируется сема «априорное знание». 
Если  это  герой,  то  глагол  чаще  всего  реализует  сему  «получен-
ное  в  награду»: «Говорит  ему  змея: «Изыми  меня  из  огня,  из  полымя, 

46
мужичок, я тебя счастливым сделаю; будешь знать все, что на свете есть: 
и как зверь говорит, и что птица поет»  [1, № 248].
Иными  словами,  актуализация  семы  «способ  получения  знания» 
Лингвистика
в  сказочном  нарративе  зависит  от  типа  персонажа:  знание  помощника 
и  антагониста  априорно,  дано  им  изначально,  герой  получает  способ-
ность знать, как правило, в награду за оказанную помощь.
Таким  образом,  в  сказочном  нарративе  актуализация  тех  или  иных 
сем в се мантической структуре глаголов знания зависит от типа субъек-
та знания, т.е. типа персонажа. Закрепленность знания за тем или иным 
персо нажем  в  сказке  определяется  представлением  о  знании  в  народ-
ной  традиции,  где  иное  «по  сравнению  с  «элитарным»  типом  культу-
ры  соотноше ние  эмпирического  (профанного)  и  сакрального  знания: 
в  народных  представлениях  роль  второго  неизмеримо  выше,  однако 
в сферу сакраль ного знания включается не только (и не столько) божес-
твенное  озарение,  но  и  в  первую  очередь  «тайное»  знание,  источник 
которого  мыслится  как  иномирный,  сверхъестественный» [13, с. 236]. 
В репрезентации знания сказка следует за народными представлениями, 
которые преломляются здесь через семиотические оппозиции, составля-
ющие основу сказочного действия, и прежде всего через основную семи-
отическую оппозицию «свой/чужой».
По  наличию/отсутствию  знания  у  персонажей  в  сказочном  мире  раз-
граничиваются представители «своего/чужого» пространства, «истинные/
неистинные» герои. При этом для представителей «чужого» пространства 
наличие  априорного  знания  является  нормой,  для  представителей  «свое-
го» – исключением из правил. В семантической структуре глаголов знания 
это отражается в актуализации семы «характер получения знания»: первым 
оно  дано  изначально  (в  нарративе  отсутствует  указание  на  способ  полу-
чения  знания),  вторые  должны  его  заслужить,  причем  не  каждый  на  это 
способен.  Именно  наличие  знания  выступает  идентифицирующим  атри-
бутом истинного героя, выделяющим его среди представителей «своего» 
пространства. Как правило, герои приобретает способность знать (обычно 
в награду за оказанную помощь, т.е. пройдя испытание дарителя).
Особого внимания в сказке заслуживает характер магического знания. 
Обычно это умение понимать язык зверей или способность к трансфигу-
рации: «Жил-был купец с купчихою, и было у них одно детище и отдали 
они его учиться на разные языки к одному мудрецу или знающему чело-
веку, чтоб по-всячески знал – птица ли запоет, лошадь ли заржет, овца 
ли заблеет; ну, словом, чтоб все знал
 [1, № 252].
Представление  знания  как  определенной  способности  обусловлено 
славянской народной традицией, где оно мыслится как основанное не на 

47
опыте, а на неких способностях, приобретенных сверхъественным путем 
 
и
ие
ук
[13, с. 236, с. 237], при этом такое знание трактуется как способ владения 
ск
на
че
объектом, как власть над ним.
логи
Таким  образом,  в  сказочном  нарративе  нашла  отражение  народная 
ло
трактовка  знания  как  идеальной  способности,  которой  наделены  пред-
Фи
ставители иного мира. Представителю «своего» про странства эта способ-
ность позволяет успешно решать возникающие у него проблемы. 
То,  о  чем  пишет  С.М. Толстая,  приобрело  в  сказке  характер  магичес-
кого  знания,  которое  из  представителей  «своего»  мира  доступно  лишь 
«истинному  герою».  Получив  магическое,  тайное  знание, «истинный 
герой»  преодолевает  все  беды  и  препятствия  и  достигает  желаемого 
результата.  Мечта  об  обладании  этой  способностью  в  сказочном  мире 
воплотилась в атрибутах «истинного героя», который может приобрести 
ее (в отличие от «неистинного героя»).
Таким  образом,  семантическая  структура  глаголов  знания  определя-
ется: 1) типом  персонажа,  выступающего  в  качестве  субъекта  знания; 
2)  представлением  знания  в  славянской  народной  традиции.  Все  это 
позволяет  утверждать,  что  в  семантической  структуре  глаголов  знания 
содержится семиотическая информация. Это находит отражение в появ-
лении в семантической структуре глаголов знания семы характера полу-
чения  знания («знание,  полученное  в  награду» – для  представителей 
«своего» мира, в частности, для «истинного героя»; «априорное знание» – 
для представителей «чужого» мира) и семы характера знания («магичес-
кое знание
»). Появление лексем со значением знания в тексте сказки сви-
детельствует о том, что персонаж – субъект знания – либо представитель 
«чужого» мира, либо «истинный герой». 
Все  названные  факторы  обусловливают  изменение  семантической 
структуры глаголов знания в сказочном нарративе. Семантическая струк-
тура глаголов знать, ведать имеет здесь следующий вид:
–  архисема – «обладать информацией»;
–  дифференциальные  семы  – «об  объекте», «априорное  знание» / «зна-
ние, полученное в награду», «магическое знание»,
–  потенциальные семы – «абсолютное знание».
Значительно  реже,  чем  семема  «обладать  информацией  об  объекте», 
глагол знать в сказке репрезентирует семему «быть знакомым с кем-л.». 
Реализация значения «знание–знакомство» (глагол указывает на знание 
одним  персонажем  дру гого)  связана  с  ситуацией  перемещения  героя 
в  иной  локус  (чужое,  враждеб ное  пространство).  Для  успешного  осу-
ществления  какой-либо  акции  в  чужом  мире  герою  нужен  помощник, 
которого  он  обретает  благодаря  знанию  пер сонажа  (знакомства  с  ним): 

48
«Добро жаловать, Василий-царевич!» – «А ты как меня знаешь?» – «Как 
же мне не знать тебя, коли я у твоего батюшки тридцать лет в пастухах 
слу жил <…>» [1, № 233].
Лингвистика
Знание  персонажа – то,  что,  с  одной  стороны,  объясняет  позитив-
ное  отношение  будущего  помощника  (представителя  «чужого»  мира) 
к герою, а с другой – помогает сблизиться помощнику и герою, устано-
вить контакт, т.е. знание в данном случае – медиатор между представите-
лями двух миров (своего и чужого). 
Подведем  некоторые  итоги.  Особенности  семантической  структуры 
глаголов  знания  в  сказочном  нарративе  опосредованно  обусловлены 
представлением  знания  в  славянской  народной  традиции,  где  оно  мыс-
лится  как  сакральное,  магическое,  имеющее  инакомирное  происхожде-
ние. В сказке это представление преломляется через систему семантичес-
ких оппозиций, прежде всего через оппозицию «свой/чужой»: субъектом 
знания здесь в большинстве случаев выступают представители «чужого» 
мира, из представителей «своего» мира знание доступно только «истинно-
му герою». Трактовка «инакомирного» происхождения знания представ-
лена в указании способа получения знания: у представителей «чужого» 
мира оно имеется изначально, представитель «своего» мира – «истинный 
герой» – должен заслужить обладание знанием. В семантической струк-
туре глаголов это отражается в появлении дифференциальной семы спо-
соба получения знания («знание, полученное в награду» – для представи-
телей «своего» мира; «априорное знание» – для представителей «чужого» 
мира). Представление о магическом характере знания получает выраже-
ние в потенциальной семе полноты знания: «абсолютное знание» – для 
субъектов  знания  из  «иного  мира», «чудесная  способность»  для  героя 
как  представителя  «своего  мира».  Все  сказанное  позволяет  утверждать, 
что  в  семантической  структуре  глаголов  знания  отражается  информа-
ция  семиотического  характера.  Помимо  этого,  сказочному  нарративу 
присущ набор типовых объектов знания, в качестве которых выступают 
следующие: 1) локус (пространственные координаты предмета поисков); 
2)  содержание  мысли  другого  субъекта; 3) истинное,  а  не  видимое  или 
оглашаемое  положение  вещей; 4) информация  о  беде,  постигшей  героя 
или грозящей ему; 5) общепринятые в социуме положения и установки 
(таблица 4).
Лексемы  знания  реализуют  в  сказочном  нарративе  и  в  семему  «от-
сутствие информации об объекте», при этом сема «отсутствие» актуали-
зируется в тексте посредством сочетания глагола знания с отрицательной 
частицей не: не знать, не ведать, не спознать, не сведать, не проведать, 
не придумать (= не знать).


49
В  сказке  объект  незнания  ти пизирован,  т.е.  в  сказочном  нарративе 
 
и
ие
ук
актуализировано незнание ограниченного количества объектов, в качес-
ск
на
че
тве  которых  обычно  выступают: 1) местонахождение  искомого  героем 
логи
предмета или лица; 2) способ решения про блемы; 3) инфор мация о неко-
ло
торых свершившихся или свершающихся событиях.
Фи
Таблица 4.
, ведать
, ведать
знать
знать
обладать информацией
+
+
Архисема
локус
+
+
содержание мысли другого субъекта
+
+
 семы
 объекта истинное, а не видимое или оглашаемое положение вещей +
+
информация о беде, постигшей героя или грозящей ему
+
+
субсемы общепринятые в социуме положения и установки
+
обладатель знания – представитель «своего мира»
+
обладатель знания – представитель «чужого мира»
+
знание, полученное в награду
+
Дифференциальные априорное знание
+
абсолютное знание
+
. семы
чудесная способность
+
Потенц
Если  в  качестве  объекта  незнания  выступает  отсутствие  способа 
решения  проблемы,  то  в  семеме  глагола  актуализируется  дифферен-
циальная сема «способ решения про блемы». Она реализуется посредс-
твом формул не знает, что и делать (как это сделать); не знает (не 
ведает),  как  ему  быть,  
которые  свидетельствуют  об  осознании  пер-
сонажем  серьезности  ситуации,  акцентируют  внимание  на  сложности 
создавшегося  положения: «Иван-царевич  лежал  мертв  на  том  месте 
ровно тридцать дней, в то время набежал на него серый волк и узнал 
по духу Ивана-царевича. Захо тел помочь ему – оживить, да не знал, как 
это  сделать» [1, № 168], «Царь  состарился  и  помер,  а  корону  принял 

50
Иван-царевич.  Как  узнали  про  то  соседние  короли,  сейчас  собрали 
несчетные войска и пошли на него войною. Иван-царевич не знаеткак 
ему  быть
;  приходить  к  сестрам  своим  и  спрашивает: «<…> Что  мне 
Лингвистика
делать?» [1, № 161].
Актуализация  в  семантической  структуре  глагола  дифференциаль-
ной  семы  «способ  решения  проблемы»  детерминирует  актуализацию 
потенциальной  семы  причины («вследствие  сильного  эмоционального 
потрясения
»).  Сема  «вследствие  сильного  эмоционального  потрясе-
ния
»  актуализируется  в  результате  сочетания  глагола  со  значением 
незнания с глаголом эмоционального состояния испугаться, оробеть, 
напугаться
: «Помните ли, милостивый государь, как дурак к вам при-
езжал на печи во дворец и вы его и с дочерью, засмоля в бочку, пустили 
в море? Итак, узнайте теперь меня, что я – тот самый Емеля!» Король, 
видя его перед собою, весьма испугался и не знал, что и делать <…>» 
[Там же, № 165].
Как правило, отсутствие у персонажа – субъекта незнания – представ-
ления о дальнейшем поведении связано с боязнью расплаты за совершен-
ные в прошлом противозаконные дей ствия: субъект незнания встречается 
с персонажем, которому он причинил ущерб, и боится расплаты.
Если объектом незнания является информация о некоторых свершив-
шихся/свершающихся  событиях,  то  в  семантической  структуре  глагола 
актуализируется дифференциальная сема «свершившиеся/свершающиеся 
действия
».  Данный  тип  объекта  отражает  следующие  сказочные  ситуа-
ции: 1) скрывание героем чудесных диковинок; 2) пособничество антаго-
нисту; 3) совершение персонажем действий в ущерб себе. В зависимости 
от того, какой из названных сказочных ситуаций соответствует данный 
объект незнания (информация о некоторых свершившихся/свершающих-
ся событиях), в семантической структуре глаголов незнания актуализиру-
ются те или иные потенциальные семы.
Если глагол незнания вводит ситуацию, при которой персонаж (субъ-
ект  знания,  как  правило,  герой)  стремится  скрыть  от  представителей 
«сво его» мира наличие имеющихся у него объектов, чаще всего чудес-
ных помощ ников или диковинок, то наряду с дифференциальной семой 
«свершившиеся/свершающиеся  события»,  в  семантической  структуре 
глагола актуализируются потенциальные семы «из-за скрывания инфор-
мации
», «в  перспективе».  Указанные  семы  актуализируются  в  типизи-
рованной  двухчастной  конструкции,  где  первая  часть – предложение, 
содержащее  описание  событий,  факт  совершения  которых  скрывается 
(актуализация семы «свершившиеся события»), а вторая – придаточное 
цели (актуализация семы «из-за скрывания информации»), включающее 

51
указательное местоимение то и глагол со значением незнания в услов-
 
и
ие
ук
ном наклонении (актуализация семы «в перспективе»): «Что, заставишь 
ск
на
че
нас  работать?» – «<…> поставьте  на  этом  же  месте  каменный  дом, 
логи
и чтобы матушка моя про то не знала» [1, № 190], «Стрелец взялся за 
ло
руль, поворотил корабль к берегу и поплыл назад, а чтоб матросы про 
Фи
то не сведали – знай с утра до вечера вином их нака чивает» [Там же, № 
212], «<…> возьмите  гроб  с  мертвою  девицей,  привезите  и  поставьте 
в  моей  спальне,  да  тихомолком,  тайно  сделайте,  чтоб  никто  про  то  не 
узнал, не проведал <…>» [Там же, № 211].
Разглашение  информации  о  наличии  у  героя  чудесных  диковинок 
может помешать ему в осуществлении задуманного: герой может лишить-
ся  чудесных  помощников,  если  о  них  узнает  кто-либо;  стрельца  могут 
наказать за то, что он не плавал за тридевять земель, следовательно, ослу-
шался указа царя и т.д. 
Если  глагол  со  значением  отсутствия  знания  представляет  ситуацию 
невольного  пособничества  персонажа  антагонисту,  то  в  семантичес-
кой структуре глагола актуализируется только дифференциальная сема 
«свершившиеся события»: «Поехал царь по чужим землям, по дальним 
сторонам;  долгое  время  домой  не  бывал,  на  ту  пору  родила  ему  цари-
ца сына, Ивана-царевича, а царь про то и не ведает» [Там же, № 167], 
«Охотник согласился, а того не ведает, что ему бог сына даровал» [Там 
же, № 226].
Если  глагол  со  значением  отсутствия  знания  соотносится  с  функ-
цией  «пособничество»,  то  он  зачастую  входит  в  состав  формулы-фра-
зы  «Отдай  то,  чего  в  доме  не  знаешь».  Фактически  мы  имеем  четкое 
соотно шение плана содержания и плана выражения: формула соотносит-
ся с одной сказочной функцией: «Какой хочешь возьми откуп – только 
отпусти!» – «Давай то, чего дома не знаешь». Царь подумал-подумал, 
чего он дома не знает. Кажись, все знает, все ему ведомо, – и согласил-
ся». [Там же, № 222], «Пусть отдаст мне то, чего дома не ведает; соберу 
ему дворец в зо лотой ларчик». Делать нечего, пообещал купец с клятвою 
отдать то, чего дома не ведает» [Там же, № 224] (в обоих случаях отец, не 
зная того, отдает сына, который родился в его отсутствие).
Если отсутствие знания о свершившихся событиях мотивирует дейст-
вие или, наоборот, бездействие субъекта в ущерб себе, в семантической 
структуре  глагола,  помимо  дифференциальной  семы  «свершившиеся/
свершающиеся события
», актуализируется потенциальная сема полноты 
незнания («абсолютное незнание»). Она актуализируется в конструкци-
ях  с  отрицательными  местоимениями  никто,  ничто,  подчеркивающи-
ми  абсолютное  отсутствие  информации  о  происходящем  у  персонажа: 

52
«Прилетел Финист ясен сокол да как порхнет в окошко и обрезал свою 
левую ножку, а красная девица ничего не ведает, спит себе так сладко, так 
спокойно» [1, № 235], «Иван-царевич еще ничего не знал – был малень-
Лингвистика
кий,  почерпнул  воды  и  подал  ему:  старика  с  этого  в  тюрьме  не  стало, 
ушел» [Там же, № 125].
Если  объектом  незнания  является  локус,  то  в  семантической  струк-
туре  глагола  актуализируются  сема  «местоположение  искомого  пред-
мета».  При  этом  искомый  предмет  представлен  лексемами,  репрезен-
тирующими  брачного  партнера,  чудесную  диковинку  или  чудесного 
помощника.  Указанная  сема  реализуется  в  конструкциях  с  косвенным 
вопросом: «Мать стала ее спрашивать: не знает ли она, где любовь царь-
девицы запрятана
? «Не знаю», – отозвалась дочь и обещала допытаться 
про то у самой царь-девицы» [Там же, № 232], «Что, бабушка, не зна-
ешь  ли  ты  где  табунов  и  нет  ли  в  табунах  хороших  лошадей?» [Там 
же, № 129].
В  сказочном  нарративе  ситуация  отсутствия  знания  о  местоположе-
нии  искомого  предмета  предвосхищает  появление  помощника,  реже – 
дарителя,  которые  обладают  этим  знанием.  Данное  обстоятельство 
связано,  с  одной  стороны,  с  расположением  искомого  предмета  или 
лица, с другой – с принадлежностью субъекта обладания информацией 
к  «чужому»  миру.  Обычно  искомый  предмет  локализован  в  «чужом» 
мире,  соответственно,  представителям  «своего»  мира  знание  о  его 
расположении  недоступно.  Без  этого  знания  герой  не  может  начать 
действовать,  и  невозможно  дальнейшее  развитие  сказочного  сюжета: 
необходим  персонаж,  который  передаст  это  знание  герою.  Таковыми 
являются представители «иного» мира, к которым и относятся помощ-
ник и даритель. Таким образом, можно полагать, что с указанной ситуа-
цией незнания в сказке связана функция ввода в повествование помощ-
ника или дарителя.
Обращает  на  себя  внимание  сказочная  формула,  в  которой  актуали-
зируются  одновременно  две  семы – «незнание  предмета»  и  «незнание 
локуса»: «Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Она имеет 
типовое значение – репрезентирует трудную задачу для героя, т.е. соот-
носится с этапом «задавание трудных задач». Неопределенность локуса 
и объекта поисков и составляют особую трудность: в «своем» мире невоз-
можно  найти  ответ,  поэтому  герой  должен  побывать  в  «чужом»  мире. 
В.Я. Пропп, рассматривая данный этап сказочного повествования, отме-
чает: «Страна, куда посылается герой, есть тридесятое царство, а «то, не 
знаю что» оказывается помощником, имя, название которого табуирова-
но и высказывается не прямо, а иносказательно. Эта иносказательность 

53
непонятна для героя до того момента, пока он не приобретает помощни-
 
и
ие
ук
ка». Только истинный герой способен на это [10].
ск
на
че
В  сказочном  нарративе  глагол  незнания  реализует  и  значение  «отсут-
логи
ствие  знакомства  с  персонажем».  За  данным  типом  незнания  закреплена 
ло
функция ввода в сказочное повествование персонажа, исполнителя после-
Фи
дующих действий: «Закручинился, запечалился царевич; не ведаеткто бы 
помог ему?» [1, № 200], «Старик не знавал государя, принял его за боярина, 
остановился и давай кланяться. <…> «Да прошу твою милость, не во гнев 
будь сказано: окрести моего новорожденного сынка» [Там же, № 185].
Таким  образом,  анализ  функционирования  глаголов  со  значением 
незнания в сказочном нарратитве показал следующее.
1.  Глаголы со значением отсутствия знания являются элементом худо-
жественной структуры сказочного нарратива и выполняют в нем типовые 
функции: 1) выступает  как  средство  защиты  персонажем  собственных 
интересов, 2) являются средством ввода в повествование персонажа-ис-
полнителя последующего сказочного действия. 
2.  Незнание в сказочном тексте имеет ограниченный набор объектов, 
в качестве которых выступают следующие: 1) способ решения проблемы; 
2) информация о свершившихся или свершающихся действиях и событи-
ях; 3) местоположение искомого предмета. Объект незнания в сказочном 
нарративе типизирован. 
3.  Закрепление  глагола  со  значением  отсутствия  знания  за  опреде-
ленной сказочной ситуацией обусловливает одинаковую семантическую 
структуру глаголов, представляющих данную ситуацию (таблица 5). 
4.  Четкое  соотношение  с  определенными  сказочными  функциями 
детерминирует формульную синтагматическую сочетаемость глагола со 
значением незнания в тексте («Отдай то, чего в доме не знаешь».).
Подведем  некоторые  итоги.  Анализ  функционирования  глаголов  со 
значением ментальной деятельности в сказочном нарративе выявил сле-
дующие их особенности.
1.  Глаголы  со  значением  знания  и  отсутствия  знания  являются  важ-
ным элементом семиотической структуры русской волшебной сказки. За 
каждой группой глаголов в нарративе закреплена определенная функция 
в развитии сюжета, что находит выражение в соответствии глагола опре-
деленной типовой сказочной ситуации (таблица 6).
2.  Мыслительная  деятельность  персонажей  в  сказке  имеет  зара-
нее  заданный  характер,  эксплицитно  обусловленный  типовым  сказоч-
ным  сюжетом,  имплицитно – типизированным  характером  сказочной 
концептосферы.  В  семантической  структуре  глаголов  это  отражается 
в наличии типового набора объектов мысли.

54
Таблица 5.
     
     
     
     
   
, не , не
, не , не
, не , не
, не , не
, не , не
Лингвистика
 ведать  сведать  придумать
 ведать  сведать  придумать
 ведать  сведать  придумать
 ведать  сведать  придумать
 ведать  сведать  придумать
, не , не , не
, не , не , не
, не , не , не
, не , не , не
, не , не , не
 знать
 знать
 знать
 знать
 знать
не спознать проведать не спознать проведать не спознать проведать не спознать проведать не спознать проведать
не обладать информацией
+
+
+
+
+
архисема
-

способ решения 
проблемы
+
 семы
свершившиеся /
свершающиеся действия
+
+
+
субсемы  объекта местоположение 
дифференци альные
искомого предмета
+
вследствие сильного эмоцио-
нального потрясения
+
. семы
из-за скрывания информации
+
в перспективе
+
потенц
абсолютное знание
+

скрывание героем 
чудесных диковинок
+
 глагол пособничество 
антагонисту
+
 ситуация
 вводит совершение персонажем 
действий в ущерб себе
+
ввод помощника 
сказочная которую или дарителя
+
Еще  В.Я. Пропп  доказал,  что  волшебные  сказки  строятся  по  типовому 
сюжету,  складывающемуся  из  одинаковой  последовательности  устойчи-
вых функций [10]. Это позволяет утверждать, что развитие сюжета имеет 
заранее заданный характер, и все ментальные и физические действия геро-
ев  тоже  заранее  определены.  Следовательно,  мыслительная  деятельность 
героев  имеет  заранее  заданный  характер  и  развивается  в  направлении, 

55
предопределенном сюжетом, шире – концептосферой, семиотической сис-
 
и
ие
ук
темой сказки. Типовая заданность сказочной мысли проявляется в ограни-
ск
на
че
ченности и типизированности объектов мыслительного процесса, которые 
логи
закреплены за глаголами ментальной деятельности, в частности, глаголами 
ло
знания и отсутствия знания, и семантики семемы глаголов. 
Фи
Таблица 6. 
Типовые функции глаголов со значением знания 
и отсутствия знания в тексте

Сектор глаголов со значением 
ментальной деятельности
Типовая функция в тексте
Глаголы знания
Выступают характерологическим признаком 
представителей «чужого мира», «истинного 
героя»
Глаголы со значением 
1)  выступают как средство защиты персона-
отсутствия знания
жем собственных интересов, 
2)  являются одним из средств ввода персо-
нажа-исполнителя следующей сказочной 
акции.
Библиографический список
 1. Афанасьев А.Н. Народные русские сказки: В 3 т. – М., 1985. 
 2. Васильев Л.М. Семантика русского глагола  – М., 1981. 
 3.  
Гак  В.Г.  К  проблеме  лингвистической  синтагматики // Проблемы  струк-
турной лингвистики: Сб. науч. тр. – М., 1972. 
 4.  
Гак В.Г.  Семантическая  структура  слова  как  компонент  семантической 
структуры  высказывания // Семантическая  структура  слова.  Психологи-
ческие исследования: Сб. науч. тр. / Отв. ред. А.А. Леонтьев. – М., 1971. 
 5.  
Гак  В.Г.  Сопоставительная  лексикология  (на  материале  французского 
и русского языков). – М., 1977.
 6.  
Залевская А.А. Когнитивный подход к слову и тексту // Языковое созна-
ние: содержание и функционирование: Сб.ст. XIII Междунар. симпозиум 
по психолингвистике и теории коммуникации. – М., 2000.
 7.  
Никитина С.Е. О концептуальном анализе в народной культуре // Логичес-
кий анализ языка. Культурные концепты. – М., 1991.
 8.  
Новик Е.С.  Система  персонажей  русской  волшебной  сказки // Структура 
волшебной сказки. – М., 2001.
 9.  
Мелетинский Е.М.,  Неклюдов С.Ю.,  Новик Е.С.,  Сегал Д.М.  Проблемы 
струк турного  описания  волшебной  сказки // Структура  волшебной  сказ-
ки. – М., 2001.
 10.   Пропп В.Я. Морфология волшебной сказки. – М., 2003.
 11.   Пропп В.Я. Фольклор и действительность Избранные статьи. – М., 1976.
 12.   Путилов Б.Н. Фольклор и народная культура. – СПб., 1994.
 13.   Толстая  С.М.  Опасность  знания  (из  народной  гносеологии) // В  тексте 
и сло варе / Отв. ред. Л.Л. Иомдин, Л.П. Крысин. – М., 2000.


Похожие:

О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  iconСемиотика информационных
Целью изучения дисциплины является приобретение знаний о строении и методах проектирования естественных и искусственных знаковых...
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  iconУрок-лингвистическая экспедиция «Чудодейственная сила глагола»
Цели: показать роль глагола в построении связных высказываний, обогатить речь школьников глаголами различных лексико-семантических...
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  iconУрок-лекция Тема: «К истокам письменности»
Волощенко В. А., учитель русского языка и литературы (мбоу «Ровеньская средняя общеобразовательная школа №2 Ровеньского района Белгородской...
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  icon10. Семиотический анализ исторического текста Многослойность нарратива
Особенности языка исторических исследований у нас мало изучены, а ведь это огром
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  icon  Проблемы  концептуальной  систематики  языка,  речи  и  речевой 
...
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  icon  гнездовой  толково-словообразовательный  словарь композитов                           
Объектом  описания  в  настоящем  словаре  являются  глаголы  лексико-семантической 
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  iconОглавление хроника мапрял
Антонова Л. Е., Никольская И. Г. (Россия) к проблеме семантической интерпретации и категоризации эмоций (на примерах дискомфортных...
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  iconЗанятий
Глагол.   Четыре   спряжения   глагола.   Образование   форм   сослага- 10. 09-15. 09. 07
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  iconЛогия исследует вопросы, связанные с вербаль- слова  при  сохранении  ядра  семантической 
Рассматриваются  структура  и  содержание  концепта  «сестра»  в  русском  фольклоре  и  сказках  
О. В. Волощенко Отражение семиотических смыслов нарратива  в семантической структуре глагола  icon            теоретические основы оценки семантической  эквивалентности, модели распознавания  
...
Разместите кнопку на своём сайте:
TopReferat


База данных защищена авторским правом ©topreferat.znate.ru 2012
обратиться к администрации
ТопРеферат
Главная страница