«Сурок»




Скачать 326.39 Kb.
PDF просмотр
Название«Сурок»
страница33/33
Дата конвертации28.11.2012
Размер326.39 Kb.
ТипУрок
1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   33



НОВОЕ  ПОКОЛЕНИЕ  О БРА ЗО ВА ТЕЛЬН Ы Х  
ЖУРНАЛОВ  ПО  ИСКУССТВУ
Подписка  во  всех  почтовых  отделениях  по  Каталогу  «Роспечать»
“N
«МУЗЫКА  В  ШКОЛЕ»
Индекс  79675
б  выпусков  в  год
ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ
«ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ 
: и с к у с с т в о
В  1І.-КОЛЕ;  :
.Mi'S; 
• 
. . .   ;  ?ПП7
ИСКУССТВО  В  ШКОЛЕ»
Индекс  79988
б  выпусков  в  год
«ИСКУССТВО 
И  ОБРАЗОВАНИЕ»
Индекс  45998
б  выпусков  в  год
«МУЗЫКА  И  ЭЛЕКТРОНИКА»
Индекс  82832 
ІНПЫИ» М О ТИ ВА
4  выпуска  в  год
веб-сайт:  www.muzelectron.ru
Предназначаются  преподавателям,  методистам,  руководителям учреждений 
основного  и  дополнительного образования,  научным  работникам,  студентам
Г
Почтовый  адрес:  127576, М осква, ул.  И лимская,  ?, пол-  Я   эт.  1  п/я  4 30 -А ).
Эл.  почта:  h a rm o n ia @ m tu -n e t.ru   Тел.:  (495)  917  8441;  (499)  90S 0800  (вторн.  и  ч е ів .  с 10ос до  13,J0)
Веб  сайт:  W W W . a I f t - l П - S C Һ 0 0 1. Г U



ПианйноІ/ші/ГорКесТр?
•  88 клавиш с молоточковым механизмом 
и чувствительноаью к касанию.
•  670 тембров, 200 стилей,
PITCH BEND, метроном.
•  Сэмплирование, редактор стилей, 
арпеджиатор, авто гармонизация.
•  Слот для SD карт, микрофонный вход, 
аудио вход, USB plug & play.
•  Новая пошаговая система обучения,
152 встроенных композиции.
•  Секвенсор (6 дорожек), 
4 f |  
поддержка стандарта GM.
•  Вес 12 кг. (без подставки).
C A S IO  C D P - 2 0 0 R
САМЫЙ УНИВЕРСАЛЬНЫЙ СРЕДИ ДОСТУПНЫХ 
ДОСТУПНЫЙ СРЕДИ УНИВЕРСАЛЬНЫХ
(1HL 
ш
 
mÏDi
III!
Scs**l
ffifliP U N G  
S
êÀ
www.casio.ru



200 лет  со дня рождения Шопена 
Великий гений гармонии 
3 / 2 0 1 0
Секреты профессии учит еля 
Альт
инструмент мистический 
  -
 
Двойной портрет



может дать нам некоторое понятие о неуловимо тонких, причудливых за­
мыслах, какие Шопен особенно любил воспроизводить.
Своей игрой  великий артист вызывал чувство восхищения,  трепета, 
гюбости, которое охватывает сердце вблизи сверхъестественных существ, 
вблизи тех, кого не можешь разгадать, понять, обнять. У него мелодия ко­
лыхалась, как челнок на гребне мощной волны, или, напротив, выделялась 
неясно, как воздушное видение, внезапно появившееся в этом осязаемом 
и ощутимом мире. Первоначально Шопен в своих произведениях обозна­
чал эту манеру  придававшую особенный отпечаток его виртуозному ис­
полнению, словом tempo  rubato:  темп уклончивый, прерывистый, размер 
гибкий,  вместе четкий и шаткий, колеблющийся  как раздуваемое ветром 
пламя,  как  колос  нивы,  волнуемый мягким дуновением  теплого  воздуха, 
как  верхушки  деревьев,  качаемых в  разные  стороны  порывами  сильного 
зетра.  Но  это  слово  не  объясняло ничего тому,  кто знал,  в  чем дело,  и  не 
говорило ничего тому, кто этого не знал, не понимал,  не чувствовал;  Шо­
пен впоследствии перестал добавлять это пояснительное указание к своей 
музыке,  убежденный,  что  человек  понимающий  разгадает  это  «правило 
неправильности».
...Надо признать,  что Шопен плохо себя чувствовал перед «большой 
публикой -  публикой, состоящей из незнакомых людей, о которой  никог­
да за десять минут заранее не знаешь, надо ли ею овладевать или ошелом­
лять  ее:  увлечь  непреоборимой  притягательной  силой  искусства  на  вы­
соты,  где  разреженный  воздух  расширяет  здоровые,  чистые  легкие.  ;і:ти 
гигантскими ликующими откровениями ошеломить слушателей, пришед­
ших с целью придираться к мелочам.
Отдавая себе...  отчет в требованиях природы своего дарования,  Шо­
пен  редко  выступал  публично.  Кроме  нескольких  дебютных конпертов  б 
. 831  году в Вене  и  Мюнхене  [правильнее  было  бы  назвать  «дебютными» 
концерты Шопена в  Вене в  1829 г., если  не считать его детских концертов 
и  «прощальных»  в  Варшаве  в  1830  г.],  он  в  Париже  и  Лондоне  выступал 
крайне редко и не мог предпринимать концертных поездок из-за слабости 
здоровья.  Временами  его  болезнь  сильно  обострялась,  он  слабел  и  нуж­
дался  в  серьезных  мерах предосторожности;  но  выпадало  и  время  пере­
дышки  -   чудесные  годы  равновесия,  оставлявшие  ему  относительные 
силы.  Болезнь не давала ему возможности стать известным при дворах и 
в столицах Европы,  от Лиссабона до  Петербурга,  останавливаться  в уни­
верситетских городах, в промышленных центрах...  Тем не менее здоровье 
Шопена не мешало ему играть чаще в своем кругу.
Самые выдающиеся умы Парижа не раз встречались в гостиной Шо­
пена.
Шопен...  обладал тем врожденным даром польского радушия, кото­
рое  не  довольствуется  приветливостью  в  отношении  гостя  по  закону  и 
долгу гостеприимства,  а велит забыть  себя  и  все внимание  перенести  на 
гостя,  на  его  желания  и  развлечения.  Его  любили  навещать,  испытывая 
его  обаяние  и  чувствуя  себя  у него,  как дома.  Своих гостей  он  делал  хо­
зяевами всего дома, предоставляя самого себя и все свое достояние в рас­
поряжение гостя и к его услугам.



Мазурки
Мазурки Шопена по выразительности значительно отличаются от его 
полонезов. Характер их совершенно иной. Это -   иная  сфера, где тонкие, 
нежные,  матовые нюансы  заступают  место богатого  и  яркого  колорита. 
Единые  всеобщие  устремления  всего  народа  сменяются  настроениями 
чисто индивидуальными,  многообразными.  Из  слегка таинственной  по­
лутьмы в них явственно  выступает  на первый  план  женственный,  неж­
ный элемент и приобретает такое значение, что все прочее исчезает, усту- 
пая ему место, или, по крайней мере, служит ему лишь сопровождением
Шопену на редкость удались вдохновенные создания этого рода, и ок 
наделил  их  всеми  сокровищами  своего  мастерства  и  стиля.  Шлифуя  их 
тысячью граней, он выявил весь скрытый в этих алмазах блеск; сохрани? 
их до пылинки, он создал из них сверкающие драгоценности. Впрочем, где 
иначе, как не в рамках этого танца, широко открытого для всякой вы дум 
ки, для всяческих  намеков,  где столько непосредственного  порыва,  пла­
менного энтузиазма,  немых  молитв,  -   его личные воспоминания  лучше 
помогли  бы ему создать поэмы,  нарисовать  картины,  передать эпизоды 
поведать горести, которым суждено было прозвучать далеко за пределами 
его родины и сопричислиться к идеальным образцам блистательного ис 
куества?
Шопен выявил неведомую поэзию, таившуюся в оригинальных темах 
истинно национальных мазурок. Сохраняя ее ритм, он облагородил ее ме­
лодию, расширил ее формы, ввел гармонические светотени столь же но­
вые, как и сюжеты, к которым они были приурочены, и живописал в этих 
своих  созданиях...  неисчислимые  эмоции  самых разнообразных  видов 
волнующие  сердца, оживляющие  танец  и  в  особенности  большие  пере­
рывы, когда кавалер занимает место рядом с дамой, от которой больше не 
отходит.
В мазурках Шопена, очень многочисленных, царит чрезвычайное раз 
нообразие мотивов и настроений. В некоторых слышится бряцанье и то г 
в других можно в легких звуках танца уловить еле слышный шелест кисеи, 
и газа,  шорох вееров, звяканье золота и  драгоценностей.  Некоторые  как 
будто рисуют мужественную радость, но вместе тревогу на балу накануне 
военного выступления;  сквозь ритмы танца слышатся  вздохи,  прощаль­
ные слова, произнесенные слабеющим голосом, скрываемые слезы. В иных 
нам  чудится  тоска,  страдания,  огорчения,  принесенные  на  празднеств о 
шум ко то р о т не заглушает  воплей  сердца.  Порой  можно уловить  пода­
вляемые  ужасы,  опасения,  подозрения  любви  -   борющейся,  снедаемо; 
ревностью, чувствующей свое поражение, страдающей, но не унижающе; 
себя проклятием. Там -  неистовство и исступление,  среди которого про­
ходит и возвращается задыхающаяся мелодия, неровная, как трепет сер л 
ца, млеющего, разрывающегося, умирающего от любви. Дальше -  возвра 
щающиеся отдаленные фанфары,  память былой славы. Бывают мелодии : 
ритмом таким смутным, таким трепетным, как бы двое юных влюбленна 
созерцают звезду, одиноко взошедшую на небесном своде.



представляет чего-либо необычного: всевозможного рода сочетания под­
вижности  и  лиричности  были  характерны  еще для  музыки  Моцарта.  Да 
и  непосредственное  впечатление от  прелюдии  не исчерпывается ощуще­
нием  спокойного  изящества танцевальных движений,  сопровождающих 
лирические интонации светских комплиментов: за всем этим чувствуется 
нечто более значительное и возвышенно-поэтичное.
То основное, в чем заключается здесь самое существо образа, опреде­
ляется сочетанием лирически смягченной танцсвальности со свойствами 
музыки иного типа, иного жанрового корня (в этом сочетании -  основное 
открытие,  сделанное в пьесе, и  в то же время ее тема или  задача второго 
рода).  Действительно,  размеренные  повторения  аккордов,  завершающие 
каждый  двутакт,  свидетельствуют  о  соприкосновениях  с  собственно  ак­
кордовым складом. Последний же по генезису и вызываемым ассоциациям 
весьма отличается от гомофонной танцевальности. Гомофонная фактура, 
резко разделяющая ткань произведения на мелодию и аккомпанемент, воз­
никла в сфере бытового музицирования.  Она воспринималась  как очень 
земная и могла даже противопоставляться аккордовому складу, как более 
возвышенному, идущему от хорала. В прелюдии Шопена нет, конечно, об­
разной связи с хоралом, но черты размеренного аккордового склада, вос­
ходящие к одной из разновидностей старинного прелюдирования, вносят 
в  пьесу существенный  оттенок выразительности,  придают прозрачной  и 
легкой танцевальной миниатюре особую одухотворенность вместе с боль­
шей объемностью, перспективой, художественной весомостью.
Как же достигнуто совмещение свойств столь далеких жанров?  Ведь 
тут нет, например, простого их контрапунктического сочетания в разных 
слоях фактуры. Здесь дано не соединение, а именно совмещение. На чем 
же зиждется сама его возможность? Где у двух жанров тот общий элемент, 
которых! положен в основу совмещения?
Ответ кажется  очень  простым, но только  после того  как он  творче­
ски  реализован  Шопеном:  типичный  гомофонно-танцевальный аккомпа­
немент содержит на слабых долях такта повторяющиеся аккорды  без баса 
(бас берется на сильной доле), которые превращены здесь в элементы соб­
ственно аккордового склада. Для этого оказалось достаточным дать в мело­
дии  на слабых долях повторение звука, слить повторяемые звуки мелодии 
с аккордами сопровождения в единый комплекс и распространить его дей­
ствие на следующий такт. Реализующая это совмещение мелоритмофактур­
ная формула -  главная находка пьесы, основа ее своеобразия. В этой фор­
муле заключается  также и секрет того  смягчения  танцевальной ритмики, 
благодаря которому она ассоциируется не только и не столько с собственно 
танцевальными движениями, сколько с  широкими и  изящными жестами. 
Помимо ритмического успокоения к концу мотива, второй такт здесь и ме­
трически  слабее  (легче)  первого:  в  нем  нет  смены  гармонии  и  не  берется 
глубокий бас. Устанавливающаяся инерция метра распространяется на всю 
прелюдию, в частности и на те четные такты (12,  14), где есть смена гармо­
нии. Эти такты -  легкие, и их не следует чрезмерно акцентировать.
Наконец,  необычайны  пластичность  и  простота  ритмической  фигу­
ры,  тесно  связанные  с  ее  строгой  дифференцированностъю  (пунктиро­
ванный ритм, ровные четверти, половинная нота).  [...]

1   ...   25   26   27   28   29   30   31   32   33

Разместите кнопку на своём сайте:
TopReferat


База данных защищена авторским правом ©topreferat.znate.ru 2012
обратиться к администрации
ТопРеферат
Главная страница