В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина 




Скачать 70.78 Kb.
PDF просмотр
НазваниеВ «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина 
не оставил 
Дата конвертации31.12.2012
Размер70.78 Kb.
ТипСказка
 
ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 
23 
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 
 
2008. Вып. 3 
 
УДК 882.08-7(470) «18» (045) 
 
Н.Н. Гагарина  
 
СИМВОЛООБРАЗУЮЩИЕ ФУНКЦИИ СЛОЖНЫХ СЛОВ  
В «СКАЗКАХ» М.Е. САЛТЫКОВА-ЩЕДРИНА 
 
В статье рассмотрены индивидуально-авторские приемы мастера сатиры на примере 
эстетического функционирования сложных слов в условиях жанра сказки. 
 
Ключевые слова: устный жанр, книжные слова, слова с начальным благо-, зло-, само-, 
сложные эпитеты.  
 
Уникальность употребления сложных слов в структуре сказочного тек-
ста очевидна. Книжный характер композитов противоречит природе устного 
жанра.  Например,  при  просмотре  трехтомника  А.Н.  Афанасьева  «Народные 
русские  сказки»  нам  удалось  обнаружить  очень  незначительное  количество 
сложных  слов.  Совершенно  очевидным  оказывается  нарочитое    употребле-
ние сложных слов в несвойственном для них контексте.  
Так в тексте  сказок  очень четко выделяются сложные слова с началь-
ным  благо-  и  зло-.  Традиционно  подобные  лексемы  употребляются  для  ха-
рактеристики людей; у Щедрина – персонифицированных животных: «И точ-
но: теперь  она <вобла>, даже против прежнего, сделалась и солиднее и бла-
гонадежнее
… [Вяленая вобла, с.390]; «От рождения она была вобла степен-
ная, не в свое дело носа не совала, за «лишним не гналась, в эмпиреях не ви-
тала и неблагонадежных компаний удалялась» [там же, с.380].  
Употребление в одном контексте антонимической пары с единой осно-
вой благонадежный – неблагонадежный помогает читателю уяснить индиви-
дуально-авторские  смыслы  компонентов  этой  пары.  Сатирик  опосредованно 
реализует в тексте свое  отрицательное  отношение  к либеральствующей пус-
топорожней «воблушке» и заявляет о существовании тех самых «неблагона-
дежных компаний», чьими силами воблушки будут уничтожены в будущем. 
А пока таких воблушек пожирают еще более «благонадежные». Автор прояв-
ляет в тексте не только свое отношение к либералам, но и к самодержавному 
строю в целом.  
Тот  же  самый  прием  реализует  эту  авторскую  идею  в  сказке  «Либе-
рал». Щедринский Либерал «благородно мыслил», но и от него, как от воблы, 
«припахивало  не  совсем  благонадежно».  Либералу  «неблагонадежность 
охотно прощали», но при этом понуждали: «-Ты нас взбудоражил, ты же нас 
и ублаготвори… действуй!» И этого пустопорожнего героя автор не оставил 
без наказания (как в любой сказке – отрицательного героя!): «некоторый че-
ловек» на него «из-за угла плюнул».  
Примечательно, что все слова с начальным благо- в «Сказках» Щедрина 
употребляются  в  новых  смыслах,  противоположных  производной  семантике: 
«благонамеренная пословица» [Вяленая вобла, с.387]; «благомысленный мужи-
чок  из  тех,  что  в  старинные  годы  «министрами»  называли»  [Баран-
непомнящий,  с.499];  «политическая  неблагонадежность»  [Карась-идеалист, 
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

24 
Н.Н. Гагарина 
 
2008. Вып. 3 
 
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 
 
с.399]; «неблагонамеренные птицы» [Чижиково горе, с.455]; «очень благородно 
мыслил» [Либерал, с.492]; «родительское благонравие» [Дурак, с.473] и проч. 
В  противовес  словам  на  благо-  композиты  с  начальным  зло-  в  «Сказ-
ках»  выступают  в  своем  прямом  значении,  они  реализуются  в  контекстах 
прямого  обличения.  Например:  «Проклятое  то  время,  которое  с  помощью 
крупных злодеяний цитадель общественного благоустройства сооружает, но 
срамное,  срамное,  тысячекратно  срамное  то  время,  которое  той  же  цели 
мнит достигнуть с помощью злодеяний срамных и малых!» [Медведь на вое-
водстве, с.370]. Контекст насквозь оценочен: на это указывает употребление 
эпитетов  проклятый,  крупный,  малый,  многократное  повторение  эпитета 
срамной. Употребление высокой лексики (цитадель общественного благоус-
тройства,  мнит,  сооружает)  в  едином  контексте  со  словом  злодеяние  воз-
водит  данный  композит  в  ранг  высокого,  книжного  образования,  а  точнее, 
возвращает  ему  былой статус. Так писатель в сказке  «Медведь на воеводст-
ве»  манифестирует  мысль  о  том,  что  злодеяние,  каким  бы  «малым  и  срам-
ным» оно ни было, в любой ситуации, при любом политическом строе оста-
ется  злодеянием  –  объективно,  независимо  от  убеждений  того,  кто  его  со-
вершил  или  кто  над  ним  задумался.  Неслучайно  автор  прибегает  к  приему 
несобственно-прямой  речи  –  читателю  так  до  конца  и  не  понятно,  кто  раз-
мышляет о содеянном злодействе: Топтыгин ли, сам ли автор.  
В  своем  прямом  значении  употребляется  слово  злосчастье  в  самых 
трагических по пафосу сказках Щедрина – «Коняга» и «Приключение с Кра-
мольниковым».  Трагичность  сказок  заключается  в  их  главной  идее:  народ 
«беден  сознанием  своей  бедности»,  но  и  Крамольников  (автор  и  подобные 
ему), различая все ужасы существующего строя, не в силах ничего исправить. 
Коняга «никаких ощущений /…/ не знает, кроме ощущения боли, усталости и 
злосчастия»  [Коняга,  с.505]  –  Крамольников  «глубоко  любил  свою  страну, 
любил  её  бедноту,  наготу  и  злосчастие»  [Приключение  с  Крамольниковым, 
с.28]. В  обоих контекстах слово злосчастие реализуется в ряду  однородных 
понятий: боль, усталость, бедность, нагота. И в том, и в другом случае слово 
злосчастие с этими однородными понятиями входит в триединство: ощуще-
ния (родовое понятие): ощущения благоухания, гармонии звуков – ощущения 
боли, усталости и злосчастия (противоречащие друг другу видовые понятия); 
Крамольников: любовь – беднота, нагота, злосчастие 
Оба  «треугольника»  построены  на  основе  парадоксальных  сочетаний: 
ощущение  боли,  усталости  и  злосчастия  не  есть  нормальное  человеческое 
ощущение, входящее в круг благоуханий, звуков и цветов, но именно оно, и 
только оно, знакомо Коняге; жизнь в бедной, нагой и злосчастной стране не 
может нести в себе положительного начала, но Крамольников «глубоко лю-
бил» всё это. Так понятие злосчастия, посредством включения его в триедин-
ство, представляется уже не таким трагичным, хотя, казалось бы, нагнетание 
однородных  элементов  и  построение  высказывания  по  антитезной  модели 
реализуют  противоположную  цель.  Триединство  создает  оптимистический 
фон высказывания: трагическому тону противостоит мысль, логически выра-
женная как оптимистическая. 
Итак,  слова  на  благо-  и  зло-,  будучи  первоначально  антонимами,  в 
творчестве Щедрина функционируют как синонимы. Слова с начальным зло
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

 
Символообразующие функции сложных слов… 
25 
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 
 
2008. Вып. 3 
 
и в творчестве Щедрина, и на современном этапе в равной степени употреб-
ляются как в своем прямом, так и в переносном значении.  
В рассматриваемый период словарный состав лексики интенсивно по-
полняется словами с начальным само-. Это связано с  «особым вниманием к 
проявлениям  духовных  процессов,  протекающих  в  отдельной  личности,  и  к 
развитию  активного,  деятельного  начала  в  жизни  общественной»  [Сорокин 
1965,  с.300].  В  сказочных  произведениях  Щедрина  представлен  целый  ряд 
образований с начальным само-, среди которых встречаются случаи индиви-
дуально-авторского  словоупотребления  (самочувствие,  самоотвержение
самоучка,  самодеятельность,  самоуничижение,  самопожертвование,  само-
сознание
)  и  индивидуально-авторского  словотворчества  (самоотвергаться
самопомощьсамомалейший). Многие из них отсутствуют в словаре В. Даля.  
Самым примечательным в этом списке является, на наш взгляд, окка-
зиональное образование самомалейший: «Но заяц нимало не сомневался, что 
если б она <лиса> и еще на четыре сажени вперед отошла, то и тогда ни одно 
самомалейшее  его  движение  не  ускользнуло  бы  от  нее»  [Здравомысленный 
заяц,  с.491].  Конструкция  слова  представляет  собою  не  только  синтез  двух 
производящих  основ  самый  и  малейший.  Элементом  значения  в  широком 
контексте выступает и сема самопроизвольный, в результате чего весь семан-
тический  комплекс  реализует  следующее  значение  слова:  ‘непроизвольное, 
не зависящее от воли зайца судорожное движение, мелкая дрожь от страха и 
раболепия’. 
Экспрессивный  компонент  кроется  в  сжатой  форме  композита,  заме-
няющей сочетание слов самое малейшее: синтаксическое сочетание удлиняло 
бы  фразу  и  лишало  бы  высказывание  главной  идеи.  Реализации  основной 
мысли  способствует  и  контаминированно  представленная  форма  степени 
сравнения имени прилагательного. Более того, этот элемент можно по функ-
ции обозначить как суффикс субъективной оценки. Таким образом, очевидно, 
что композит создан с определенной авторской  установкой: для  отрицатель-
ной характеристики трусливого героя.  
В широком контексте сказки «Соседи» [с.482] реализует свое значение 
композит самосознание. На первый взгляд, в контексте слово функционирует в 
своем прямом значении, в том, которое обнаруживаем и в очерках За рубежом
‘полное понимание самого себя, своего значения, роли в жизни, обществе’. Но 
оказывается,  что  еще  более  широкий  контекст  раскрывает  совершенно  иное 
эстетическое  значение  слова  и  другое  понимание  подготавливает  модальное 
слово – казалось. Наивные предположения о возможности самосознания в на-
роде  декодируются   и при помощи  слова  самопомощь  [там же]. Противопос-
тавление в первых строках героев сказки Ивана Богатого и Ивана Бедного, ан-
титезная канва текста, рефрен С чего бы это? (вопрос, оставшийся без ответа), 
нагромождение  глаголов  чувственно-мыслительной  и  вербальной  семантики 
(мыслитьраздумыватьдуматькалякатьмолвитьнаговориться  тужить
беспокоиться и т. п.) реализуют мысль о бездействии, беспомощности русско-
го народа. Сатирик рисует статичную картину, без «агенса» повествования. 
Слово самопомощь можно отнести к числу потенциальных, так как оно 
образовано по готовой  словообразовательной модели местоимение + глагол 
(ср.: самопожертвованиесамоуничижениесамотек) по аналогии со словом 
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

26 
Н.Н. Гагарина 
 
2008. Вып. 3 
 
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 
 
взаимопомощь  и  является  антонимом  последнему.  Структура  слова  самопо-
мощь  представляет  собою  результат  оксюморонного  сочетания  –  помогать 
самому  себе
.  Глагол  помогать  не  содержит  в  своем  значении  такой  семы. 
Ироническое звучание лексема обретает не только посредством оксюморона, 
но  и  благодаря  своему  функционированию  в  контексте,  написанном  офици-
ально-деловым, напыщенным слогом.  
Встречается читатель в «Сказках» и с обесцениванием прямого, поло-
жительного  смысла  слова  путем  того  же  самого  приема  «выворачивания 
смысла наизнанку». Например, постепенное нагнетание  отрицательных эмо-
ций  и  оценочности  в  семантику  слова  самодеятельность  наблюдается  в 
сказке «Либерал».  
Эстетическое  значение  слова  может  реализовываться  и  в  более  узком 
контексте,  не  развиваясь  в  развернутое  целое.  Так,  слова  самопожертвова-
ние
 и самоуничижение, стоящие в контексте рядом, становятся взаимодопол-
няющими единицами текста, выражающими комплементарные понятия: «Но 
было в его <Дурака> судьбе нечто непреодолимое, что фаталитически влекло 
его  к  самоуничижению  и  самопожертвованию,  и  он  инстинктивно  повино-
вался этому указанию, не справляясь об ожидаемых последствиях /…/» [Ду-
рак, с.474]. Смысл слов становится понятным как первоначальный, «внутрен-
ний», буквальный.  
 Слово  самоотвержение, подобно слову самосознание, реализует свое 
эстетическое значение в структуре контекста, написанного слогом, «выверну-
тым  наизнанку»  [Деревенский  пожар,  с.9].  Слово  самоотверженность,  на-
против, выступает  в  своем  прямом  значении  [Приключение  с  Крамольнико-
вым, с.34], так как суффикс –ость образует слова с типовым значением при-
знака,  качества,  а  сказке,  насыщенной  автобиографическими  элементами, 
присуще употребление оценочной лексики в номинативном значении.  
Многочисленна и разнообразна в творчестве Щедрина группа сложных 
эпитетов. По сравнению с XVIII веком в XIX столетии, особенно во 2-ой его 
половине,  тенденция  к  интенсивному  индивидуально-авторскому  словосло-
жению в области эпитетов затухает. Не стремление выделиться, а желание не 
слишком  далеко  выйти  за  рамки  традиций  –  цель  художника.  На  фоне  тен-
денций  развития  языковой  системы  индивидуально-авторские  образования 
ярче  проявляют  свое  эстетическое  значение.  Употребление  окказиональных 
композитов  в  структуре  сказочного  текста  оказывается  стилистическим 
приемом,  придающим  контексту  свойство  непредсказуемости  и  воплощаю-
щим в сконцентрированном виде идею исследования.  
Структурно данные композиты представляют собою либо оксюморон-
ный  семантический  комплекс  (скромно-честолюбивый,  торжественно-
агонизирующий
), либо образование из двух слов, одно из которых поясняет и 
дополняет значение другого. Элементы такого рода композитов находятся в 
отношениях  взаимоподчинения:  «регулярно-спокойный  обиход  заведения»  – 
регулярный,  потому  что  спокойный  и  спокойный,  потому  что  регулярный; 
«томительно-праздное  ожидание»;  «нелепо-озорной  шепот»;  «любезно-
верная преданность»; «мирно-возродительная пропаганда». Элементы компо-
зита  могут  также  находиться  в  отношениях  соподчинения:  «успокоительно-
соблазнительный шепот».  
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

 
Символообразующие функции сложных слов… 
27 
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 
 
2008. Вып. 3 
 
Оксюморонный  характер  композитов  –  средство  внесения  в  семантику 
слова оценочного компонента, который, как правило, сопровождается элемен-
тами эмоциональности и экспрессивности. Так, например, эстетическое значе-
ние композита скромно-честолюбивый раскрывается посредством объединения 
в единый контекст различных речевых манер. Предвестие появления эстетиче-
ски значимого слова организуется как косвенная речь, когда автор практически 
дословно передает мысли героя <Трезорки>: [см.: Верный Трезорка, с.460].  
Контекст  не  содержит  прямой  оценки,  хотя  слово  цепь  –  общеизвест-
ный  символ  оков,  кандалов,  неволи  –  в  системе  революционно-
демократической  символики  является  знаком  порабощенной  свободы.  Доб-
ровольное  желание  героя  сесть  на  крепкую  цепь  в  контексте  прогрессивной 
символики  вызывает  у  читателя  негативные  эмоции.  Положительный  план 
высказывания  оборачивается  истинным  –    отрицательным.  Когда  читатель 
таким  образом  подготовлен  к  истинному  (эстетически  заданному)  воспри-
ятию  образа  героя,  в  контекстную  организацию  вступает  голос  автора:  «А 
купец  Воротилов  точно  послушал  его  скромно-честолюбивое  вожделение: 
под  самый  Трезоркин  праздник  купил  совсем  новую,  на  диво  выкованную 
цепь и сюрпризом приклепал её к Трезоркину ошейнику» [там же]. 
Широкий  контекст  реализует  эстетическое  значение  словосочетания 
скромно-честолюбивое  вожделение,  которое  контекстуально  тождественно 
понятию “желание иметь новую, крепкую цепь”.  Негативная оценка кроется 
в самой структуре словосочетания скромное вожделение и реализуется в ши-
роком контексте, в рамках которого идея новой, крепкой цепи приравнивает-
ся  к  идее  нового,  еще  более  жесткого  общественно-политического  строя. 
Внешний облик нового строя привлекателен, пустопорожние и пустомыслен-
ные речи о нем – красочны и, на первый взгляд, убедительны. Но за внешней 
праздничностью  скрывается  внутренняя  пустота  –  такова  главная  обличи-
тельная идея автора, которой подчинены все художественные средства сати-
рического произведения.  
Мотив  пустомысленных  и  пустопорожних  речей  либералов  в  полной 
мере  разворачивается  в  сказке  «Вяленая  вобла»:  «Все  поприща  поочередно 
открывались перед ней <воблой>, и на всяком она службу сослужила. Везде 
она свое слово сказала, слово пустомысленное, бросовое, но именно как раз 
такое, что, по обстоятельствам, лучше и не надо» [с.384]; «Никогда не нужно 
настоящих  слов  говорить,  потому  что  из-за  них изъяны  выглядывают.  А  ты 
пустопорожнее слово возьми и начинай им кружить. И кружи, и кружи; и с 
одной стороны загляни, и с другой забеги…» [с.384]. 
Представленные  контексты  еще  раз  подтверждают  мысль  о  том,  что 
оценка в щедринских произведениях, как правило, проявляется в контекстах, 
организованных авторским  словом:  прямым  (в  случае  со  словом  пустомыс-
ленный) и опосредованным несобственно-прямой речью (при реализации эс-
тетического значения слова пустопорожний). Слово пустопорожний не бы-
ло  новообразованием  для  литературной  традиции XIX  века.  Но  в  структуре 
щедринского творчества оно «обрастает» новыми семами и прочно входит в 
разряд общественно-политической лексики.  
Постоянное  целенаправленное  употребление  слов  пустомысленный  и 
пустопорожний в качестве оценочной характеристики всех и всего, что каса-
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

28 
Н.Н. Гагарина 
 
2008. Вып. 3 
 
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 
 
ется либерально-буржуазного лагеря, позволяет отнести данные образования 
к лексике терминологической, прижившейся и устоявшейся в кругах револю-
ционеров.  Оба  контекста  вкупе  представляют  собой  как  бы  словарную  ста-
тью в толковом словаре, которая расшифровывает термины революционной 
демократии и дает практические рекомендации их употребления. Слова пус-
топорожний и пустомысленный являются синонимами в творчестве Щедри-
на, поэтому в сказке «Вяленая вобла» реализуют одно и то же значение и вы-
ступают в качестве определения к лексеме «слово». 
В  той  же  сказке  употребляется  композит  успокоительно-
соблазнительный,  помогающий  писателю  реализовать  эстетический  компо-
нент  в  семантике  слов-лейтмотивов  пустопорожний  и  пустомысленный
глубже осознать авторскую идею: «И вдруг в ушах раздается успокоительно-
соблазнительный
 шепот: «Потихоньку да полегоньку, двух смертей не быва-
ет, одной не миновать…» Это она, это воблушка шепчет!» [с.382]. 
Взятое  вне  контекста  слово  успокоительно-соблазнительный  не  несет 
оттенка отрицательной окрашенности. Другое дело – в контексте. Воблушки-
на  речь  успокоительна  от  перенасыщенности  трюизмами;  точнее  сказать, 
созданные народной мудростью и испытанные многовековым опытом смыс-
лы  в  воблушкиных  устах  оказываются  «избитыми».  Успокоение  соблазни-
тельно, оттого и ищут его люди. И находят – в воблушкиных пустопорожних 
речах.  Вновь  перед  читателем  встает  символ  порочного  круга,  а  композит  в 
структуре народно-разговорной речи выделяется своей книжностью, что еще 
раз подтверждает его эстетическую значимость.  
Сказки «Премудрый пискарь» (1883), «Здравомысленный заяц» (1885), 
«Либерал»  (1885),  «Вяленая  вобла»  (1886)  объединяет  тема  либерализма  в 
России  2-ой  половины  XIX  века.  В  сказочном  цикле  они  расположены  не  в 
хронологическом  порядке,  и  не  случайно.  Премудрый пискарь  –  самый  без-
обидный из этих либералов: он лишь на себе применял действие законов ли-
берального сословия. Поэтому сказка «Премудрый пискарь» из числа «либе-
ральных» представлена первой.  
Далее  следует  «Вяленая  вобла».  Воблушка  пошла  дальше  пискаря  в 
своей либеральной «деятельности». Точно так же, как вяленая вобла оформ-
ляет в особую социально-философскую теорию поведение премудрых писка-
рей,  идеология  здравомысленного  зайца  подкрепляется  практикой  самоот-
верженных  зайцев.  Здравомысленный  заяц  выработал  холопскую  тактику 
приспособления к режиму насилия. Процесс «вяления», омертвления и опод-
ления душ продолжается.  
В  контексте  цикла  сказок  значение  слова  здравомысленный  вбирает  в 
себя семы благомысленный и пустомысленный, а потому изначально конноти-
руется отрицательно. В данном случае вновь можно вспомнить о трихотомии: 
здравомысленный  =  благомысленный  (угодный  государству)  +  пустомыслен-
ный (неугодный государству, либеральный). Противоречивые мысли помогают 
зайцу дольше держаться на плаву, но все-таки «вместо зайца остались только 
клочки  шкуры  да  здравомысленные  его  слова  /…/»  [с.634].  Приспособленче-
ская психология в обществе, управляемом эксплуататорами, не может спасти.  
Сказка «Либерал» представляет вымороченного героя-либерала. Показ 
эволюции  героя  как  истории  его  вымороченности  является  излюбленным  и 
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

 
Символообразующие функции сложных слов… 
29 
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 
 
2008. Вып. 3 
 
весьма  эффективным  в  поэтике  сатирика.  Исследование  постепенной  дегра-
дации  героя  воздействует  на  мысли  и  чувства  читателя  в  гораздо  большей 
степени, нежели простое представление его отрицательных черт. Неслучайно 
социально-психологический  роман,  являющий  миру  историю  деградации 
представителей крепостнического уклада, – «Господа Головлевы», – пользу-
ется популярностью среди читателей.  
Любопытен  тот  факт,  что  в  сказках  «Премудрый  пискарь»,  «Здраво-
мысленный заяц» и «Вяленая вобла» герои умирают, что и должно случиться 
по  законам  сказочного  жанра.  Однако  в  сказке  «Либерал»  иные  начала.  Во-
первых,  герой  «Либерала»  не  персонифицированное  животное,  а  человек;  а 
во-вторых, в конце сказки он не умирает, а именно деградирует и продолжает 
«жить». И как отрицательный герой получает «по делом своим». 
Таким  образом,  эволюцию  героя  можно  проследить  и  на  примере 
сложных  слов:  умеренно-либеральный  [Премудрый  пискарь]  –  заявление  те-
мы  и  объекта  сатиры;  пустомысленный,  пустопорожний,  успокоительно-
соблазнительный  
[Вяленая  вобла]  –  сущность  либеральной  пропаганды; 
здравомысленный  [Здравомысленный  заяц]  –  психология  приспособленчест-
ва, воплощенная в идеологической программе; самодеятельность [Либерал] 
– бесплодная попытка либералов воплотить свои правильные мысли и слова в 
поступки.  Так  мирно-возродительная  пропаганда  [Вяленая  вобла,  с.387] 
здравомысленных  умеренных  либералов  выродилась  в  поступки  «примени-
тельно к подлости»
 [Либерал, с.496]. 
Наблюдения  показали,  что  автор  любое  преступление  против  челове-
ческой  совести,  нравственности,  божественных  законов  ставит  в  один  ряд  с 
преступлениями против государства. В числе государственных преступников, 
как  правило,  оказываются  представители  высокопоставленных  сословий: 
мздоимцы,  клеветники,  душегубы,  живорезы,  хищники,  разбойники,  воры, 
человеконенавистники,  лиходеи,  кровопивцы
  (по  материалам  сказок  «Недре-
манное  око», «Бедный волк»,  «Дикий помещик», «Вяленая вобла», «Здраво-
мысленный заяц»). Но ничего измениться не может в той стране, где у проку-
рора  лишь  одно  «недреманное  око»,  которое  даже  не  в  ту  сторону  глядит 
[Недреманное око, с.464].  
По убеждению автора, как показывает контекст всего сказочного цикла 
и  творчества  в  целом,  большие  преступления  всегда  стоят  в  одном  ряду  с 
преступлениями  малыми,  так  как  любое  преступное  деяние  идет  вразрез  с 
человеческими  моральными  устоями.  Не  обращая  внимание  на  малое,  упус-
тишь большое, а это уже грозит смертельной опасностью.  
В  сказке  «Путем-дорогою»  (1886)  можно  найти  обобщающий  все  вы-
шеперечисленные  слова-характеристики  композит  –  мироед.  Мироед  в  кон-
тексте данной сказки, а также в более широком контексте предстает в качест-
ве одной из ипостасей сатаны в противовес Правде – божьей ипостаси: «/…/ 
Во  всякой  деревне  мироед  завелся:  рвет  христианские  души,  да  и  шабаш» 
[Путем-дорогою,  с.15]  –  «/…/  Бог  её  <Правду>  на  небо  взял  и  не  пущает» 
[с.15]. Извечный спор  о  Правде и Кривде (ср. сказку в  Афанасьевском  сбор-
нике) в сказке не мог быть разрешен: контекст всего творчества Щедрина по-
казывает, что  сатирик не верил в сознательность крестьянских масс, потому 
что им «раздумывать недосуг» [Соседи].  
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com

30 
Н.Н. Гагарина 
 
2008. Вып. 3 
 
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 
 
Слово  мироед  структурно  представляет,  на  наш  взгляд,  образование, 
аналогичное  слову  мясоед.  Словосочетание  «весенний  мясоед»  появляется  в 
самом начале сказки. Размышления о мироедах составляют основу сказочного 
сюжета.  Завершается  сказка  описанием  крестьянского  полдника:  «Начали 
полдничать: добыли воды да хлеб из мешков вынули – вот и еда готова» [с.14].  
Сказки о животных подготавливают восприятие слова мироед по ассо-
циации с лексемой мясоед, так как волки, лисы, медведи, щуки действитель-
но едят мясо. Метафорическое понимание слова мясоед приводит к правиль-
ному  декодированию  эстетического  компонента  семантики  слова  мироед
Правда  и  Бог  недоступны  крестьянским  массам.  Фраза  «Правда  –  у  нас  в 
сердцах. Живите по правде – и вам, и всем хорошо будет» вызывает негатив-
ную  ответную реакцию по  отношению к адресанту этой фразы: «Ему-то хо-
рошо, так он и забыл, что другим больно».  
Обобщая все вышесказанное, можно сказать, что в структуре сказочного 
текста  композит  является  семантико-стилистическим  центром  произведения, 
вследствие чего наиболее полно реализует свое эстетическое значение. Слож-
ные образования в Сказках Щедрина выполняют символообразующие функ-
ции
, раскрывая идею порочного круга всегосударственной лжи и несправедли-
вости, выхода из которого автор пока не видит. Именно поэтому жанр сатири-
ческой сказки представляет собою синтез комического и трагического
 
Благодарности. 
Выражаю  сердечную  благодарность  моему  научному  руководителю  – 
доктору филологических наук, профессору, заведующей кафедрой современ-
ного русского языка и его истории Удмуртского государственного универси-
тета Людмиле Ивановне Донецких – за участие в моей творческой судьбе.  
 
* * * 
 
1.  Сорокин Ю.С. Развитие словарного  состава русского литературного языка. 30 – 
90-е годы XIX века. М. – Л.: Наука, 1965. – 566 с. 
2.  Салтыков-Щедрин М.Е. Сказки // Салтыков-Щедрин М.Е. Собр. соч.: в 10 томах.  
М.: Правда, 1988. Т. 8. – С. 317 – 514. 
 
Поступила в редакцию: 13.11.07 
 
N.N. Gagarina 
The  symbol-forming  functions  of  compound  words  in  M.E.  Saltykov-Shchedrin’s 
“Skazki” (“Fables”) 
 
The writer’s article individual methods of satire and analysed on the example of the esthetic 
functioning of compound words in the geroe of fairy-tales.    
 
Гагарина Наталья Николаевна 
ГОУВПО «Удмуртский государственный университет», филиал в г. Воткинске 
Кафедра общегуманитарных и естественнонаучных дисциплин 
427409, Россия, г. Воткинск, 
ул. Расковой, д. 1а, тел. (34145) 4-25-33. 
E-mail: kultura17@mail.ru. 
PDF created with pdfFactory Pro trial version www.pdffactory.com


Похожие:

В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconСказки М. Е. Салтыкова-Щедрина
Углубить знания о сказках М. Е. Салтыкова-Щедрина, обозначить важные человеческие качества и ценности
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconУрок внеклассного чтения в 10 классе по сказке М. Е. Салтыкова Щедрина «Пропала совесть»
Тема: Весть сердца (Урок внеклассного чтения в 10 классе по сказке М. Е. Салтыкова – Щедрина «Пропала совесть» )
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconИстоки
Выпускники первой студии в спектакле «Тени» М. Салтыкова Щедрина. Режиссер – В. С. Черников
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconЗаседание ученого совета   
Государственной  публичной  библиотеки  им.  М. Е.  Салтыкова-Щедрина  Л. А.  Шилова.  С  докладом   Леонид 
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  icon предательства  В  романе м. Е. Салтыкова-щедрина «господа головлевы»   68
Эволюция балладного жанра в поэзии серебряного века   5
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconЦелью данного исследования является попытка показать тесную связь М. Е. Салтыкова-Щедрина с Угличской землёй, тем более что в литературоведении этой теме до
Целью данного исследования является попытка показать тесную связь М. Е. Салтыкова-Щедрина с Угличской землёй, тем более что в литературоведении...
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconЛитература наша началась сатирою, продолжалась
Творчество Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина многообразно. Он писал романы, драмы, хроники, очерки, 
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconШестопалова Г. А.  Этнографические особенности «пошехонья»,  родового гнезда М. Е. Салтыкова-щедрина
«что-то  насчет  мебели».  компания,  Брэдбери  как  продолжение  традиций  фило
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconБиография  М. Е. Салтыкова  -  Щедрина.   всех    познакомиться  с  материалами 
...
В «сказках» М. Е. Салтыкова-щедрина  iconТема урока: «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил»
Цель: Работать над исследованием художественного своеобразия сказок Салтыкова – Щедрина
Разместите кнопку на своём сайте:
TopReferat


База данных защищена авторским правом ©topreferat.znate.ru 2012
обратиться к администрации
ТопРеферат
Главная страница