Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г. 




Скачать 80.38 Kb.
PDF просмотр
НазваниеСтатья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г. 
Дата конвертации01.01.2013
Размер80.38 Kb.
ТипСтатья
Н. С. Чернышева. Сказочные образы в современном социокультурном контексте  139 
 
 
4. Васильев И. А.Магомед-Эмиров М. Ш. Мотивация и контроль за действием. М. : 
Изд-во МГУ, 1991. 144 с.  
5. Вилюнас В. К. Психология развития мотивации. СПб. : Речь, 2006. 458 с.  
6. Вольф  Н.  В.  Половые  различия  функциональной  организации  процессов  полу-
шарной обработки речевой информации. Ростов н/Д : ООО ЦВВР, 2000. 238 с. 
7. Гольберг Э., Коста Л. Д. Соотношение физиологического и психического в выс-
шей нервной деятельности человека. Новороссийск, 1995. С. 17–23. 
8. Емельянова  Н.  А.,  Цатурова  И.  А.  Диагностика  иноязычных  способностей  сту-
дентов и мотивация овладения иностранным языком // Вестн. Верх.-Волж. отд-ния Акад. 
технол. наук Рос. Федерации. 2008. № 1. С. 243–247. 
9. Епифанова С. В. Формирование учебной мотивации // Высшее образование в Рос-
сии. 2000. № 3. С. 106–107. 
10. Коробейникова  И.  И.  Параметры  психомоторных  реакций,  психофизиологиче-
ские характеристики, успеваемость и показатели ЭЭГ человека // Психол. журн. 2000. Т. 21, 
№ 1. С. 132–136. 
11. Ливер Б. Л. Роль доминирующего полушария головного мозга в процессе усвое-
ния русского языка иностранцами. М. : Изд-во АИГО, 2008. 158 с. 
12. Матюхина М. В. Мотивация учения. М. : 2004. С. 17–23. 
13. Мильман  В.  Э.  Внутренняя  и  внешняя  мотивация  учебной  деятельности.  М., 
2006. С. 193–231. 
14. Сиротюк А. Л. Нейропсихологическое и психофизиологическое сопровождение 
обучения. М., 2003. 107 с.  
15. Соколова Н.  С.  Мотивационная  составляющая  успешности обучения  иностран-
ному языку в медицинском вузе // Бюллетень СГМУ. 2000. № 2. С. 87–88. 
Статья поступила в редакцию 19.12.2010 г. 
 
 
 
УДК 159.922.74 + 81’27 + 398 
Н. С. Чернышева  
 
СКАЗОЧНЫЕ  ОБРАЗЫ  
В  СОВРЕМЕННОМ  СОЦИОКУЛЬТУРНОМ  КОНТЕКСТЕ 
 
В статье анализируются происхождение, структура и современное содержание сказоч-
ного символического образа на примере героя русской сказки «Колобок». Анализ осу-
ществляется  на  универсальном  культурном  и  этнокультурном  уровнях.  Утверждается 
преобладание этнокультурной детерминации сказочного символического образа.  
К л ю ч е в ы е   с л о в а:  символический  образ,  этнокультурная  детерминация,  архе-
тип, значение образа. 
 
Современная  психология  переживает  период  интенсивного  междисципли-
нарного взаимодействия с другими науками, прежде всего с науками о культуре. 
                                                 
ЧЕРНЫШЕВА Наталья Степановна – кандидат психологических наук, доцент кафедры общей и 
педагогической  психологии,  преподаватель  факультета  психологии  Владимирского  государствен-
ного гуманитарного университета (Е-mail: chrnshv@yandex.ru). 
 Чернышева Н. С., 2010 

140 
Психология 
 
 
К числу перспективных направлений в этой сфере относится изучение символи-
ческих сказочных образов.  
Творческая символическая активность человека является его видоспецифиче-
ской  особенностью.  Связь  между  эволюционным  развитием  индивида  и  его  спо-
собностью к символизации особенно ярко представлена в философии Э. Кассирера 
[10], экстрасоматической культурологии Л. Уайта [13] и в зарубежной аналитиче-
ской  и  архетипической  психологии.  В  отечественной  психологии  сказочные  тек-
сты  обычно  используются  в  психотерапевтических  и  психолого-педагогических 
целях. В исследовательском плане сказки гораздо чаще привлекают внимание со-
циологов, чем психологов, считающих, что общекультурное содержание фолькло-
ра  должно  стать  материалом  социологического,  а  не  психологического  анализа.  
В психологии этнокультурная детерминация сказочных образов изучена мало, хо-
тя выявление этнической основы архетипов позволяет увидеть их многозначность, 
глубину и жизненную силу в современных социокультурных условиях.  
Символический  образ  несет  в  себе  элементы  художественного,  научного  и 
повседневного  практического  знания,  сохраняя  при  этом  целостный  взгляд  на 
мир.  Поэтому  структура  символического  образа  существенно  отличается  от 
структуры первичного образа восприятия. 
Первичный  образ  восприятия  порождается  чувственной  тканью  в  процессе 
взаимодействия  человека  с  предметным  миром.  Эта  «поднимающаяся  изнутри 
чувственность» рождает форму и мысль, и ей «дела нет до придания реальности 
картине мира, поскольку она феноменологически первореальность» [4, 17]. Пси-
хический  образ,  включающий,  с  точки  зрения  А.  Н.  Леонтьева,  чувственную 
ткань,  значение,  личностный  смысл,  проходит  через  определенную  последова-
тельность  формирования:  чувственная  ткань – значение,  обретающее  знаковую 
форму, – личностный смысл. Такой порядок близок общей линии развития чело-
века в его бытийных условиях, которые разделяются на: 1 – реальность предмет-
ного мира; 2 – реальность образно-знаковых систем; 3 – реальность социального 
пространства; 4 – природную реальность [7, 11].  
Возникновение символического, вторичного по своей природе, образа осу-
ществляется в другой последовательности и начинается в реальности социально-
го пространства. Символический образ, в том числе сказочный, возникает тогда, 
когда необходимо охарактеризовать объект, не поддающийся прямому, на основе 
непосредственных физических признаков, называнию, но имеющий для субъекта 
особый  смысл  и  потому  требующий  выразительной  знаковой  формы,  которая 
подбирается путем смысловой аналогии.  
Используя  для  создания  символа  чувственную  форму  другого  объекта, 
субъект достигает обогащения и усиления его значения. В этом творческом про-
цессе осуществляется постоянное сравнение «веса» каждого компонента симво-
лического образа. Они постоянно взаимно уравновешиваются: становится более 
выпуклым личностный смысл – при этом удваивается значение знаковой формы. 
Если же чувственная основа используется для передачи несвойственного ей зна-
чения, то она одновременно начинает терять в выразительности, так как в новом 
сочетании важна, собственно, не она, а привносимый с ее помощью оттенок чу-
жого значения. Возникающая в итоге структура оказывается настолько прочной, 

Н. С. Чернышева. Сказочные образы в современном социокультурном контексте  141 
 
 
что  восстановить  исходное  содержание  символа  становится  невозможным.  Он 
превращается в неразложимое и неопределяемое до конца целое.  
Процессы формирования и функционирования символического образа мож-
но проследить на примере такого известного персонажа русской народной сказ-
ки, как Колобок, применяя для этого ретроспективный анализ исторического ма-
териала и объективные методы исследования.  
Ретроспективное  теоретическое  исследование.  Отсутствие  точных  исто-
рических сведений позволяет выдвинуть несколько гипотез относительно перво-
начального значения образа Колобка. Однако все они опираются на символиче-
скую аналогию Колобка с хлебом, поскольку при всем лаконизме сказки понят-
но,  что  у  Колобка  «хлебная»  телесность,  и  он  способен  катиться,  как  круглый 
каравай. Это важно, так как хлеб у славян-язычников был символом изобилия и 
достатка, и они наделяли сакральными качествами хлеба то, что считали наибо-
лее  важным.  Чудодейственные  возможности  хлеба  славяне  объясняли  тем,  что 
это дар Матери-Сырой Земли и небесного бога Сварога. С приходом христианст-
ва хлеб стал почитаться как дар Божий, но и при этом он воспринимался как жи-
вое существо, даже как образ самого божества [9, 521]. Древнее онтологическое 
представление о хлебе свойственно многим этническим культурам: «пряничный 
человечек», «пирог-утекач» или «лепешка» – присутствуют не только в восточ-
нославянском,  но  и  в  западноевропейском  фольклоре,  и  это  подтверждает  еди-
ные  механизмы  сказочной  символизации  жизненного  материала.  Крестьяне  ве-
рили, что если во время приготовления хлеба не выполнялись определенные об-
ряды,  то  он  раздражался,  капризничал  и  «не  удавался».  Утверждалось,  что  Бог, 
наделяя человека хлебом, наделяет его долей и счастьем. В этой древней тради-
ции  может  заключаться  объяснение,  почему  герой  сказки  «Колобок»  вызывает 
симпатию и сочувствие, несмотря на его неразумное поведение. 
Отечественный переводчик психоаналитической литературы В. К. Мершав-
ка предлагает три варианта интерпретации сказки [6]. В первом, психоаналити-
ческом
,  варианте  поведение  Колобка  аналогично  регрессирующему  поведению 
клиента и поэтому констеллирует у окружающих «комплекс пожирающей мате-
ри». Юнгианская интерпретация строится на такой коннотации слова «Колобок», 
как  «клубок», «круглость», «шар».  Согласно  точке  зрения  М.-Л.  фон  Франц, 
швейцарского  специалиста  в  области  психологической  интерпретации  сказок, 
клубок – символ  Самости [12]. Соответственно,  желание  героев  сказки  съесть 
Колобка означает попытку ассимиляции Тени, что удается лишь Лисе. В архети-
пической
 интерпретации три маскулинные фигуры зверей (Заяц, Волк и Медведь) 
и  фемининная  фигура  (Лиса) позволяют  раскрыть, по мнению  В. К. Мершавки, 
присутствующий в сказке архетип coniunctio: «Наличие четырех сказочных пер-
сонажей  говорит  о  четверичности,  символизирующей  полноту  системы. …эту 
четверичность  можно  интерпретировать  и  как  зооморфное  воплощение  божест-
венной Троицы с интегрированным  фемининным элементом, и как  воплощение 
четырех типологических функций с основной функцией мышления» [6].  
Другая,  ритуальная,  гипотеза  о  значении  образа  героя  основана  на  повто-
ряющемся  описании  акта  его  создания: «Я  по  коробу  скребен,  по  сусеку  ме-

142 
Психология 
 
 
тен…»  Ритуальной  является  сущность  самого  Колобка,  поскольку  практически  
у всех народов круглые лепешки составляли основу разнообразных обрядов, на-
пример, масленичных или поминальных у славян [6].  
Насыщенность  символического  образа  значениями,  которые  не  поддаются 
точной  исторической  расшифровке,  делает  его  структуру  особенно  прочной. 
Русский ученый А. А. Богданов, изучавший законы организации систем, отмечал 
устойчивость  символов,  рассматривая  их  как  пример  действия  дегрессии.  Он 
пришел  к  мысли,  что  символические  системы  состоят  из  двух  подструктур: 
«низшей»,  обеспечивающей  устойчивость,  и  «высшей»,  более  пластичной  и  из-
менчивой. Подобная система способна развиваться, но обладает преимуществен-
но стабилизирующими, а не стимулирующими возможностями [3, 131]. Предна-
значение символов в том, что они играют «скелетную роль» в социальной реаль-
ности человека. На символах строится любая идеология, овладевающая массовым 
сознанием, из них вырастают социальные мифы; группы символов, объединяясь в 
комплексы, составляют основу новых художественных школ и направлений. Сим-
волы  народных  сказок,  в  том  числе  «Колобка»,  относятся  к  универсальным  эле-
ментам мифосознания, так как их коллективный автор – народ – обращается к об-
щим и главным для человека вопросам рождения и смерти, правды и обмана, вер-
ности и измены. Однако в конкретной этнокультурной среде сказки приобретают 
специфические оттенки, что объясняется взглядом на мир, свойственным данному 
народу.  В  итоге  структура  символического  образа  приобретает  двуслойный  вид, 
включая и неразложимый древний слой значений, и их подвижный современный 
слой, благодаря которому образ становится динамичным и гибким.  
Сказочные образы целесообразно анализировать в общем этнокультурном кон-
тексте. Так, «Колобок» традиционно относят к сказкам о животных. Однако персо-
нажи-животные играют в ней второстепенные роли, а существо под названием «Ко-
лобок» не отнесешь ни к зверям (для этого оно слишком антропоморфно), ни к лю-
дям (не совпадает антропологически). Создание Колобка, который «по коробу скре-
бен, по сусеку метен, на сметане мешон, да в масле пряжон», напоминает древний 
славянский обряд «перепекание ребенка», который строился на отождествлении ре-
бенка и хлеба [9, 408]. Для того чтобы избавить дитя от болезни или укрепить ново-
рожденного в случае преждевременных или тяжелых родов, его обмазывали тестом 
и  на  лопате  всовывали  в  теплую  печь,  чтобы  он  там  «допекся»,  заново  «родился» 
здоровым и сильным. Это обряд с целью ввести в заблуждение злые силы сопровож-
дали диалогами и причитаниями, в которых говорилось не о ребенке, а о хлебе. Хлеб 
придавал младенцу силу, которая в тексте сказки усилена песенкой самого Колобка. 
По определению Н. И. Толстого [8], эта песня является «текстом творения», так как 
связана с ритуалами плодородия, и имеет, согласно народным представлениям, ма-
гическую оборонительную  силу, помогая  Колобку  спастись в  трех опасных ситуа-
циях. В соответствии с фольклорными быличками способность Колобка уходить от 
опасности  объясняется  народными  представлениями  о  поскребышах,  противосто-
явших власти ведьм и колдунов [8]. 
Особым  символическим  значением  наделены  в  сказке  образы  стариков.  
В  частности,  образ  старухи  допускает  разнообразные  обрядовые  ассоциации  со 
словом  «баба». «Бабой»  на  Руси  называли  не  только  пожилую,  но  и  просто  за-

Н. С. Чернышева. Сказочные образы в современном социокультурном контексте  143 
 
 
мужнюю  женщину,  лекарку,  знахарку,  повитуху,  прибегавшую  к  помощи 
сверхъестественной силы. На Святки по домам традиционно ходили «дед» и «ба-
ба»,  игровые  действия  которых  были  связаны  либо  с  темой  плодородия,  либо 
смерти-воскрешения.  В  этих  традициях  кроется  объяснение  странного,  с  совре-
менной точки зрения, присутствия в русских сказках именно стариков, а не роди-
телей персонажей.  
Отечественные исследователи придают особое значение неожиданному бег-
ству  Колобка  из  родительского  дома [8]. Причину  видят  как  в  легкомыслии  и 
импульсивности героя, так и в свойственной ему неустойчивости. Имея круглую 
форму, он просто обречен на движение, причем движение вниз (глагол «покатил-
ся» в русском языке имеет снижающее значение). Встречаясь с традиционными 
обитателями русских сказок (Зайцем, Волком, Медведем, Лисой) Колобок стано-
вится все более заносчивым и хвастливым, не переставая удивлять оптимизмом и 
жизнерадостностью.  Поэтому,  хотя  он  беспрестанно  «колобоит»,  т. е. «болтает, 
трепет языком», Колобок производит впечатление веселого и приятного сущест-
ва [6]. Более современный близкий ему литературный персонаж – Хлестаков, ге-
рой комедии Н. В. Гоголя «Ревизор». Ему, в отличие от Колобка, все-таки уда-
лось  «уйти»  от  городничего,  однако  гоголевский  персонаж  производит  только 
негативное впечатление. Родственные черты этих двух героев настолько распро-
странены в русской действительности, что иностранцы выделяют их как особен-
ность национального характера: «в каждом англичанине есть сочетание характе-
ра Генриха VIII, Джона Мильтона и мистера Пиквика, а в русском человеке соче-
таются Петр Великий, князь Мышкин и Хлестаков» [5, 353].  
Современное  значение  сказочного  образа.  Несомненно,  сказка  вызывает 
симпатию к Колобку и сожаление по поводу его прерванного побега. Авторы дет-
ских книг не раз пытались придумать благополучный, без сурового наказания ко-
нец сказки, но он, несмотря на их усилия, в устной традиции не закрепился. Объ-
яснение этих неудач кроется в том, что сказка дает образец поведения в жизненной 
ситуации, а не просто рассказывает об отдельном персонаже. Для ее осмысления 
важен весь сказочный сюжет, а не его отдельные звенья, и сюжет «Колобка» вы-
ступает как история одинокого маргинального существа. Такая сказка оказывается 
особенно  востребованной  в  период  социальных  трансформаций,  когда  обществу 
не  хватает  определенности  и  ясности  мироощущения.  Их  всегда  можно  найти  в 
сказочных  сюжетах,  движение  которых  направлено  в  сторону  справедливости  и 
гармонии  жизни.  Универсальный  человеческий  опыт,  который  остается  в  содер-
жании сказок, несет в себе такие способы поведения, которые многократно прове-
рены поколениями. Отношение общества к этому опыту отражает изменения, ко-
торые происходят в ментальности народа, его культуре и социальной жизни.  
К  числу  главных  психологических  проблем  современности  относят  сложно-
сти  идентификации.  Сказка,  вобравшая  в  себя  архетипический  опыт  мифологии, 
создает  образ  Колобка,  изначально  не  способного  к  какой-либо  идентификации. 
Странное существо, неоформленное и неопределенное, потому и оказывается съе-
денным, что не задерживается ни с кем и ни в ком не нуждается. Колобок не ищет 
друзей или помощников. В сказке только одно упоминание о его житейских отно-
шениях – рассказ, как он от «дедушки» и «бабушки» ушел. Но как бы ни стремил-

144 
Психология 
 
 
ся  Колобок  к  свободе,  сказка  не  дает  ему  простора  и  жизненного  пространства:  
в прошлом остаются старуха со стариком, собиравшиеся им полакомиться, а буду-
щее у него отбирает хитрая Лиса. Маргинальному существу, дуальному по своей 
сути, не найти друга и в одиночку не выжить, его дорога никуда не приведет. Сна-
чала на ней возникают угрозы и препятствия в виде персонажей-животных: Зайца 
как  олицетворения  сексуального  начала  в  славянской  мифологии;  Волка,  считав-
шегося оборотнем, находившегося на грани между «тем» и «этим» светом; Медве-
дя, который благодаря силе и человеческой осанке стал тотемом славянских пле-
мен.  И  только  перед  лестью  Лисы  неразумный  беспечный  Колобок  оказывается 
бессильным.  Это  неслучайно,  поскольку  в  славянской  мифологии  Лиса  является 
спутницей и воплощением Макоши – богини судьбы и урожая. 
На этнокультурном уровне анализа в сказочных образах «Колобка» просту-
пают  традиционные  черты  русской  действительности  (жизнь  как  выживание, 
душевность  и  насилие)  и  особенности  русского  характера  с  его  нерасчетли-
востью  и  сиюминутностью.  Именно  о  таких,  типичных  для  русского  человека, 
чертах пишет К. А. Абульханова в статье «Российская проблема свободы, одино-
чества  и  смирения» [1]. Но  в  сказке  «Колобок»  отсутствует  одно  из  названных 
ею архетипических свойств – смирение, которое в общем контексте русских ска-
зок воссоздается сказкой-близнецом – «Терешечкой».  
Эта  сказка  получила  развернутую  транскультурную  интерпретацию  С.  Бирк-
хойзер-Оэри.  У  нее  поведение  главного  героя  Терешечки,  единственного  сына 
престарелых родителей, которые своей любовью и заботой превратили кусок де-
рева  в  ребенка, истолковывается  как  «спасение от смертельной  угрозы, исходя-
щей от ужасной матери» [2, 128]. По мнению интерпретатора, ведьма Чувилиха, 
в руки которой попадает Терешечка, нарушивший материнский запрет, символи-
зирует  теневую  сторону родной  матери,  или  материнскую  аниму,  стремящуюся 
погубить  сына.  Затеяв  странную,  с  точки  зрения  С.  Биркхойзер-Оэри,  игру  с 
ведьмой, Терешечка не убегает от неё, а забирается высоко на дерево и дразнит 
Чувилиху. В  его спасении С. Биркхойзер-Оэри  видит  временную победу  добра, 
поскольку, избежав опасности, герой так и не достигает главного – не избавляет-
ся от материнской фиксации. 
Славянская  мифология  позволяет  несколько  иначе  толковать  образ  Тере-
шечки.  Герой  сказки  уходит  от  опасности,  пока  он  проявляет  патриархальную 
почтительность к родителям. Напротив, непослушание и беспечность приводят к 
смертельной угрозе, и только появление гусенка спасает Терешечку от гибели. 
С образом гусенка в сказке возникает традиционная для фольклора тема сиротст-
ва, которая еще раз символически подтверждает необходимость следовать роди-
тельским советам и уважать старших, чего так не хватает Колобку.  
Ретроспективное  этнокультурное  исследование  показывает,  что  символика 
Колобка  включает  в  себя  несколько  единиц  значения:  необдуманность  поведе-
ния,  легкомыслие  и  самоуверенность  во  взаимоотношениях  с  окружающими 
(объединяющее  значение – «самонадеянность»);  простодушие,  детскость  (т. е. 
«беззлобность»);  бахвальство,  инфантильность,  податливость  по  отношению  к 
лести («хвастливость»);  жизнерадостность,  поиск  свободы,  оптимизм («стихий-

Н. С. Чернышева. Сказочные образы в современном социокультурном контексте  145 
 
 
ная воля»); неустойчивость, неопределенность, отсутствие прочной основы (объ-
единяющее  значение – «маргинальность»);  одиночество,  бегство  как  способ  су-
ществования («обособленность»). Итоговое, обобщающее  содержание, вмещаю-
щее все перечисленные единицы значения, включает в  себя  нежизненность, не-
дееспособность  легкомысленного  маргинального  существа,  неспособного  лю-
бить и дружить. 
Экспериментальное изучение. Для подтверждения интерпретации народной 
сказки применялся метод Q-сортировки. В качестве испытуемых выступили сту-
денты  третьих  курсов  психологических  факультетов  Владимирского  государст-
венного гуманитарного  университета и  Владимирского  филиала Столичной  фи-
нансово-гуманитарной академии (39 девушек и 19 юношей в возрасте 19–21 го-
да). Прослушав текст, они дали письменную интерпретацию сказки. Затем груп-
па  экспертов  из  трех  преподавателей  психолингвистики  и  социальной  психоло-
гии отобрала  из студенческих работ высказывания, передававшие смысл интер-
претации.  Они  были  отредактированы  в  речевом  и  грамматическом  плане,  но  с 
полным  сохранением  содержания и  тональности.  Процедура Q-сортировки  про-
водилась в соответствии с принципами, сформулированными в работах ее осно-
воположника Б. Стефансона: осуществлялось сплошное исследование с навязан-
ной  сортировкой [11]. Испытуемым  предъявлялись 63 позитивных  (например, 
«Каждый  создает  свой  мир»),  негативных («Современность  порождает  двули-
чие») и нейтральных утверждения («Сказки пишутся про нашу жизнь»), раскры-
вающих  смысл  сказки  «Колобок».  По  результатам  сортировки  проводился  фак-
торный  анализ  на  основе  компьютерной  программы SPSS Statistics 17.0. Было 
выделено 3 фактора (см.: табл. 1). При выделении главных компонент 36 утверж-
дений,  т. е. 50% высказываний,  оказались  пропущенными  и  не  вошли  в  состав 
факторов. Это говорит о трудностях объединения утверждений и широте спектра 
предложенных интерпретаций.  
Таблица 1 
Показатели, полученные после вращения факторов (VARIMAX) 
Значение 
Фактор 
Названия переменных 
факторной 
нагрузки 
1. Враждебность 
Под сладкими выражениями таятся мысли коварные .628 
общества  чело-
Стереотипность,  косность  и  безответственность  ведут  к  дегра-
.578 
веку 
дации 
 
В процессе социализации часто меняется круг общения .573 
Что ни делается – все к лучшему  
.562 
Сказки пишутся про нашу жизнь  
.560 
Современность  диктует  необходимость  владения  арсеналом 
.542 
воздействий 
Современный человек – жертва общества, которое, манипулируя 
.501 
им, достигает своих целей  
Когда в жизни тяжело, друзья всегда поддержат  
–.614 
Мужские и женские стратегии качественно отличаются друг от 
–.601 
друга  
Русская женщина сильна духом  
–.593 
Все лучшее – детям  
–.576 

146 
Психология 
 
 
Окончание табл. 1 
Значение 
Фактор 
Названия переменных 
факторной 
нагрузки 
2. Индивидуа-
Надо двигаться к намеченной цели, мечте .745 
лизм  и  рацио-
Невозможно – это не навсегда .609 
нальность целей  Главное – поставить цель, проанализировать ситуацию, а потом 
.540 
 
уже планировать и действовать 
Хлеб есть непреходящая ценность для русского народа  
–.639 
В наше время общение с друзьями – роскошь –.628 
Молодежь,  отделившись  от  родителей,  предпочитает  забыть  о 
–.600 
них 
Надо быть как все  
–.591 
Мы в ответе за тех, кого приручили  
–.550 
3. Сила  как  ос-
В мегаполисе больше шансов добиться успеха .618 
нова  социаль-
Государству необходимо содействовать развитию малого бизнеса  
.581 
ного успеха 
Взаимодействие – развитие  
.529 
Стереотипность,  косность  и  безответственность  ведут  к  дегра-
.516 
дации 
Недалекие люди верят в удачу, сильные – в причину и следствие –.689 
Семья слабеет как социальный институт –.624 
Современность порождает двуличие –.595 
Дерзость – способ достижения успеха –.525 
В обществе ярко проступает разрыв в доходах богатых и бедных –.508 
 
В  первый  фактор  вошли  утверждения  с  положительным  (например, «Сте-
реотипность,  косность  и  безответственность  ведут  к  деградации», «Современ-
ность диктует необходимость владения арсеналом воздействий» и др.) и отрица-
тельным («Когда в жизни тяжело, друзья всегда поддержат», «Русская женщина 
сильна  духом»  и  др.)  значением  факторной  нагрузки  (см.:  табл. 1). Разделение 
фактора на утверждения с положительными и отрицательными значениями сви-
детельствует о противоречивости его содержания. Причем утверждения  с поло-
жительными  значениями  факторной  нагрузки  несут  в  себе  негативное  социаль-
ное  содержание,  пронизаны  недоверием  к  враждебному  обществу,  склонному 
манипулировать  человеком.  Напротив,  утверждения  с  отрицательными  значе-
ниями  факторной  нагрузки  имеют  позитивную  направленность  на  общечелове-
ческие  ценности,  которые,  по  сути,  выступают  как  не  совпадающие  с  нормами 
общества,  противоположные  им.  Иными  словами,  то,  что  делает  человеческую 
жизнь более гуманной и справедливой, воспринимается испытуемыми как не со-
ответствующее нормам общества. В итоге человек предстает в позиции слабого 
существа,  неспособного  противостоять  социальным  правилам,  пассивно  подчи-
няющимся им. Поэтому данный фактор получил название «Враждебность обще-
ства человеку».  
Второй фактор составили утверждения с положительным (например, «Надо 
двигаться к намеченной цели, мечте») и отрицательным («Хлеб есть непреходя-
щая ценность для русского народа» и т. д.) значением факторной нагрузки (см.: 
табл. 1). Анализ  утверждений  вновь  обнаружил  сочетание  противоречивых  вы-
сказываний. Те из них, которые имели положительное значение, отличались ак-

Н. С. Чернышева. Сказочные образы в современном социокультурном контексте  147 
 
 
тивным,  действенным  началом,  говорили  о  настойчивости,  рациональности,  це-
ленаправленности  и  могли  быть  объединены  названием  «Индивидуализм  и  ра-
циональность  целей».  Утверждения  с  отрицательным  значением  факторной  на-
грузки, напротив, несли в себе объединяющий, сближающий людей смысл. Они 
содержали слова: «русский народ», «друзья», «родители», «те, кого приручили» 
и т. д. Фактор, таким образом, носил амбивалентный характер и соединял пози-
тивную  оценку  ценностей  сильной  личности  и  отрицательную – коллективной 
группы.  
Третий  фактор  включал  такие  утверждения,  как  «В  мегаполисе  больше 
шансов  добиться  успеха», «Государству  необходимо  содействовать  развитию 
малого бизнеса», «Недалекие люди верят в удачу, сильные – в причину и следст-
вие» и др. (см.: табл. 1). Утверждения, получившие положительное значение, го-
ворили о современных социальных условиях, о новых общественных тенденци-
ях; утверждения с отрицательным значением факторной нагрузки касались нрав-
ственных  изъянов  сегодняшней  действительности,  ослабления  объединяющих 
начал  в  жизнедеятельности  человека.  Своей  противоречивостью  третий  фактор 
напоминал  два  предыдущих  и  выводил  анализ  сказки  за  грань  семейного  круга 
на  уровень  общественных  вопросов.  В  нем  нашли  отражение  деловая  предпри-
имчивость  времени  и  свойственное  ему  противопоставление  силы  и  слабости. 
Именно  наличие  силы  или  слабости,  как  показывает  Q-сортировка,  имеет  ре-
шающее значение в современном обществе, где востребованы динамичные, спо-
собные  к  выживанию  люди.  Фактор  получил  название  «Сила  как  основа  соци-
ального успеха». 
Таким образом, с одной стороны, совокупность выделенных факторов под-
тверждает  архетипичность  образа  Колобка.  Его  поведение  и  у  современных 
взрослых читателей вызывает смешанные чувства: сочувствие из-за одиночества 
и  слабости,  легкую  улыбку  из-за  глупой  самонадеянности  и  понимание  безвы-
ходности ситуации. В интерпретациях сказки, сделанных студентами, ее герой не 
похож  на  остальных  персонажей  и  способен  только  «уходить»  от  них,  не  стре-
мясь к привязанности или дружбе. Его стратегия обособления оказывается неэф-
фективной,  даже  губительной.  С  другой  стороны,  у  испытуемых  наблюдается 
разнообразие мнений о судьбе Колобка, которое порождается современными со-
циальными  условиями.  Неслучайно  утверждение  «Стереотипность,  косность  и 
безответственность ведут к деградации» входит сразу в два фактора – первый и 
третий. Признается, что успех в обществе достигается за счет целеустремленно-
сти, силы, рассудительности, т. е. спасение все-таки не в человеческом единении 
или нравственных качествах, а в рациональном понимании особенностей совре-
менного мира, адекватном выборе целей и готовности действовать.  
Заключение.  Сказка,  рождающаяся  из  этнической  мифологической  пра-
основы,  объединяет  ее  носителей,  интегрирует  индивидуальное  Я  человека  и 
культурный мир, в котором он живет. Она несет в себе специфические способы 
осмысления действительности, воплощенные в символических сказочных образ-
ах,  имеющих  двухслойную  структуру.  Первый,  более  древний,  слой  значений 
символа содержит устойчивые представления о действительности. Современный 

148 
Психология 
 
 
слой  значений  включает  более  тонкие,  дифференцированные  смысловые  оттен-
ки, и на данном культурно-историческом этапе они говорят о востребованности 
сильной  личности,  способной  выживать  в  трудном  и  враждебном  социальном 
мире. Тем не менее за счет традиционных для данной этнической культуры ска-
зочных фигур символический образ сохраняет целостный взгляд на мир, соглас-
но которому индивидуализм и обособление оборачиваются гибелью персонажа. 
Так, благодаря усвоению культурного наследия человек продолжает строить соб-
ственную жизнедеятельность в соответствии с моделями поведения, выработан-
ными в истории человечества и усвоенными им в онтогенезе.  
 
 
1. Абульханова К. А. Российская проблема свободы, одиночества и смирения // Психо-
логический журнал. 1999. Т. 20, № 5.  
2. Биркхойзер-Оэри С. Мать. Архетипический образ в волшебных сказках. М., 2006.  
3. Богданов А. А. Тектология. Всеобщая организационная наука. М., 1989. 
4. Василюк Ф. Е. Структура образа // Вопросы психологии. 1993. № 5.  
5. Лосский Н. О. Характер русского народа // Условия абсолютного добра. М., 1991. 
С. 237–360. 
6.  Мершавка  В.  К.  Колобок.  Психоаналитическая  интерпретация  сказки.  Юнгиан-
ская  интерпретация  сказки.  Буквальная,  этимологическая,  архетипическая  и  ритуальная 
интерпретации  сказки  [Электронный  ресурс]. URL: http://www.mershavka.ru/articles/ 
detail/34 
7. Мухина В. С. Возрастная психология. М., 1998.  
8. Толстой Н. И. Секрет Колобка // Живая старина. 1995. № 3.  
9. Шапарова Н. С. Краткая энциклопедия славянской мифологии. М., 2003.  
10. Krois J. M. Cassirer, symbolic forms and history / by Krois, John Michael. New Ha-
ven: Yale University Press, 1987.  
11. Stephenson W. Correlating Persons Instead of Tests // Character and Personality. June 
1935. P. 17–34. 
12. Von Franz M.-L. Archetypal Patterns In Fairy Tales. Toronto: Inner City Books, 1998.  
13. White Leslie A. The Symbol: The Origin and Basis of Human Behavior. Philosophy of 
Science. 1940. VII. P. 451–463. 
Статья поступила в редакцию 18.12.2010 г. 
 
 
 


Похожие:

Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  icon  Статья поступила в редакцию 22. 02. 2010 
Известия Самарского научного центра Российской академии наук, т. 12, №3(3), 2010 
Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  iconСтатья поступила в редакцию 19 марта 2010 г
Ж. М. Гриссмейер2, Б. П. Рябов, Д. М. Ваврив, В. Б. Рябов4, Х. Рукер5, П. Равье6
Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  iconСтатья поступила в редакцию 14. 05. 2008  

Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  iconСтатья поступила в редакцию 21  декабря 2006 г
Особенности глобального распределения атмосферного поглощения электромагнитных волн в диапазоне 10 
Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  icon  Статья поступила в редакцию 20. 11. 2009 
Известия Самарского научного центра Российской академии наук, т. 11, 4 (6), 2009 
Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  iconВпервые поступила в редакцию 22. 08. 2011 г стресс Рекомендована к печати на заседании редакционной коллегии после рецензирования

Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  iconЭкстракция актиноидов растворами нейтральных экстрагентов в сверхкритических и сжиженных фреонах
Радиевый институт им. В. Г. Хлопина, Санкт-Петербург, Россия Поступила в редакцию 25. 06. 07 г
Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  iconМакеева Любовь Петровна родилась в 1957 году, в городе Южноуральске, Челябинской области. В 1964 году поступила в 1 класс школы № Закончив 8 классов поступила
Университет марксизма-ленинизма. За период работы на общественной работе имеет много грамот и наград. Понимая, что необходимо получить...
Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  iconСтатья поступила в pедакцию 7 апpеля 1999 г
...
Статья поступила в редакцию 19. 12. 2010 г.  iconВ  переводе  с  греческого  имя  Лариса  значит  «чайка».  На  днях одна такая «чайка» залетела в нашу редакцию и всех просто очаро
«чайка» залетела в нашу редакцию и всех просто очаро- Как, на ваш взгляд, изменился зри
Разместите кнопку на своём сайте:
TopReferat


База данных защищена авторским правом ©topreferat.znate.ru 2012
обратиться к администрации
ТопРеферат
Главная страница