3. Кодекс чести  




Скачать 280.31 Kb.
PDF просмотр
Название3. Кодекс чести  
страница16/16
смешит  вас  так  же
Дата конвертации01.03.2013
Размер280.31 Kb.
ТипКодекс
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

and Medvienko  and  having to be constantly on the alert  to  prevent  Thos making  a  
sneak  for  the great open spaces,  my  suffering  had  been intense15». 
Берти,  представитель  «золотой  молодежи»,  у  него  доброе  сердце  и  слабый 
интеллект. Он  не в состоянии понять «интеллектуальные» пьесы. 
Как ни странно, этот «неглубокий» персонаж постоянно затрагивает серьезные 
вопросы, о которых он не имеет понятия. Так, например, откуда Берти -  недалекий, 
но добродушный  растяпа  мог  бы знать о   римском цирке? «It is a long time since I 
studied the subject, and  before committing myself definitely I should have to consult 
Jeeves, but I have an idea that ancient Roman gladiators used to do much the same sort of 
thing in the arena, and were rather well thought of in consequence» (145). Какие-то 
«остаточные  знания»  у  него  в  голове    могли  бы  быть,  но  только  люди, 
действительно интересовавшиеся историей Рима  знают о выступлении гладиаторов 
с минимальным оружием: сетью и трезубцем. 
Здесь,  я  думаю,  мы  все  же  видим  «скрытого»  повествователя,  который 
вспоминая  исторические  события,  делает  это  вовсе  не  серьезно.  Он  смотрит  на 
жизнь  мудро,  с  улыбкой  то  радостной,  то  печальной,  с  трезвым  пониманием  ее 
несовершенства и тем не менее – с доверием и надеждой. И вообще, словно говорит 
нам повествователь, не надо относиться к жизни и к собственной персоне слишком 
серьезно – это вовсе не умно. 
Довольно часто  Берти говорит о себе в третьем лице. Это взгляд «скрытого» 
повествователя  со  стороны,  часто  насмешливый,  желающий  показать,  что  хотя 
Берти высокого о себе мнения,   он в очередной раз попал в нелепую ситуацию. Он 
серьезен,  таким  образом,  можно  сказать,  что  Берти  Вустер – «удобный»  герой, 
позволяющий  «скрытому»  повествователю  скомпрометировать  серьезность.  Вот 
каким  образом  Берти  характеризует  самого  себя: «The Woosters are brave, but not 
                                                           
15  Английский  текст  романа  П.Г.Вудхауза  цитируется  по  изданию: Wodehouse P.G. Jeeves in the offing.-L.:Penguin 
books, 1963, P. 76  
 
 
37

rash» (94). «Bertram Wooster is a man who knows when and when not to be among those 
present. When Bertram Wooster sees a lion in his path, he ducks down a side street» (147). 
«Bertam Wooster is a man who likes to go through the world with his chin up and both 
feet on the ground, not to sneak about on tiptoe with his spine tying itself into reef knots» 
(158). 
Да, Берти серьезен, и это увеличивает комичность ситуации. Он считает себя 
смелым и мужественным, но, действительно, зачем же торопиться, навлекая на себя 
неприятности («to get into the soup»)? Это постараются сделать другие, и вот тогда-
то Берти придется применить все свои знания,  которых, как мы выяснили, немного, 
и  ловкость,  чтобы  ускользнуть  от  опасности.  Однако,  чувства  собственного 
достоинства  он  не  потеряет  никогда.  Он  же  Вустер: «… after all the Woosters did 
come over with the Conqueror and were extremely pally with him…» (161). Он просто 
обязать идти вперед с высоко поднятой головой, что бы ни случилось. 
И  все  же,  Берти  Вустер  –  дурак  он  все-таки  или  нет?  Насколько  верно  (или 
неверно)  он  понимает  происходящее?  Может  он  –  Иванушка  –  дурачок,  только 
прикидывающийся  дурачком,  чтобы  его  оставили  в  покое,  а  на  самом  деле  он  все 
отлично  понимает?  Думаю,  что  заявить,  будто  Берти  понимает  все  явно  уже 
невозможно  всвязи  со  всем  вышесказанным.  Поэтому,  для  него  как  нельзя  лучше 
подходит определение дурачка из народной сказки: «Дурак видит мир искаженно и 
делает  неправильные  умозаключения.  Этим  он  смешит  читателей.  Но  внутренние 
побуждения у него самые лучшие. Он всех жалеет, готов отдать от себя последнее и 
тем  невольно  вызывает  сочувствие.  Этот  дурак  лучше  многих  умников.  Дурак 
обладает нравственными достоинствами и это важнее наличия ума16».  Кроме того, 
его можно сравнить и с  Дон-Кихотом, человеком непохожим на других, не только 
потому,  что  он  всегда  готов  сразиться  с  очередной  ветряной  мельницей  и 
заступиться за ближнего, но и потому, что без помощи Дживса (Санчо Панса?) ни 
                                                           
16Пропп В.Я. Проблемы комизма и смеха. – СПб.: Алетейя, 1997. -  C. 288  
 
 
38

ближнему,  ни  самому  Берти  уже  не  выпутаться?  В  то  же  время,  Берти  наделен 
незаурядной долей самоиронии и самокритичности, что является скорее признаком 
ума, нежели глупости: взять хотя бы такие примеры: "I know perfectly well that I've 
got, roughly speaking, half the amount of brain a normal bloke ought to possess", "...girls 
on entering my presence are mostly inclined to give me the rised eyebrow and the 
twitching upper lip"). Я  думаю,  здесь  вполне  возможно  продолжение  дискуссии. 
Вудхауз, несмотря на свою кажущуюся поверхностность и несерьезность, ухитрился 
задать  здесь  много  загадок,  которые  можно  сразу  и  не  заметить.  Если  персонажи 
неоднозначны и вызывают вопросы –  значит, они удались.  
2. Цитирование. 
Юмор Вудхауза прослеживается во всем. Самые обычные ситуации, в которых 
оказываются  герои  его  романа,  неким  волшебным  образом  превращаются  в 
комические, и в основном, благодаря цитированию.  
Берти  очень  не  хочет  ехать  в  загородный  дом  мирового  судьи  Бассета,  ведь 
там  ему  поручено  украсть  молочник,  и  вот  подъезжая  к  поместью,  Дживс  важно 
произносит: 
«Chide Roland to the dark tower came, sir» (43). 
Это стихотворение Роберта Браунинга в данной ситуации смешно. Но не для 
Берти: 
…though what he meant I hadn’t an earthy (43). 
Он  слишком  взволнован  предстоящим,  ведь  кроме  молочника  ему  предстоит 
помирить Гасси и Мадлен, в противном случае – придется жениться на Мадлен.   
 Как ни  странно, в   романе «Фамильная честь Вустеров»  цитат из  Шекспира 
очень  много,  чуть  меньше,  чем  из  Библии.  Вудхауз  очень  любил  Шекспира,  как 
писателя, который вводит  вводит нас в самую прекрасную область жизни – в мир 
духовной красоты человека.  Однако, любитель детективов и триллеров, Берти явно 
не  читал  сонетов  Шексира.  Услышав  из  уст  слуги  удачное  выражение,  он 
 
39

запоминает и цитирует: «I remember Jeeves saying to me once, apropos of how you can 
never tell what the weather’s going to do, that full many a glorious morning had he seen 
flatter the mountain tops with the sovereign eye and then turn into a rather nasty 
afternoon» (77). 
Сопоставим: 
Full many a glorious morning have I seen  
Flatter the mountain-tops with sovereign eye,  
Kissing with golden face the meadows green,  
Gilding pale streams with heavenly alchemy17. 
 
Очевидно, что Берти не знаком с оригиналом, т.к. в сонете XXXIII  речь идет о 
любви,  которая      приносит  поэту  не  только  радость,  но  и  горе.  Сначала    смуглая 
возлюбленная  поэта  сравнивается  с  солнцем,  затем  ее  настроение  меняется  также 
внезапно, как и погода.  Она далека от совершенства, но  чувства поэта прекрасны. 
У  него  есть  что-то  выше  несовершенства  людей.  Это – его  душа,  наделенная 
способностью любить безмерно. Откуда же Берти все это знать? Он сам признается, 
что  услышал  эти  слова  из  уст  слуги,  и,  так  как  обсуждение  погоды  занимает  не 
последнее  место  в  светской  беседе,  запомнил  их.  Берти  не  только  не  имеет 
представления, что это слова о любви, но и то, что они написаны Шекспиром. Он-то 
думает – это  личные  наблюдения  Дживса  за  погодой («had he seen»), поэтому  и 
берет их на заметку. 
С  одной  стороны,  цитата  из  сонета XXXIII органично  вплетена  в  речь 
повествователя.  С  другой,-  важен  контраст  между  высокой  поэзией  сонета  и 
оборотами  (вроде «you can never tell»), принадлежащими  разговорной  речи. 
Комический  эффект  усилен  за  счет  того,  что  величественная  картина («glorious 
morning», «sovereign eye») предшествует  банальному  замечанию:  день  выдался 
отвратительный («nasty»).  
                                                           
17 Шекпир У. Сонеты.-М.: Радуга, 1984. - С. 157 
 
 
40

Берти стремится  говорить «красиво»,  его речь образна. Если Шекспира он не 
читал,  то    события  изложенные  в  Библии,  хотя  бы  по  воскресной  школе,  должен 
помнить. Но и здесь  он по собственному усмотрению меняет смысл  цитаты. Говоря 
о  своем  самочувствии  утром  Берти  вспоминает  одного из  библейских  персонажей: 
«Indeed, just before Jeeves came in, I had been dreaming that some bounder was driving 
spikes through my head – not just ordinary spikes, as used by Jael the wife of Herber, but 
red-hot ones» (8). Вообще  Иаиль,  жена  Хербера,  фигурирует  в  романах  Вудхауза 
часто как описание мук похмелья.  
 Мне  кажется,  здесь  нельзя  говорить  об  особенном  отношении  героя  к  этим 
двум источникам. Напомним, что в словаре цитат  (Brewer's Dictionary of Phrase and 
Fable, 1898)  на  первом  месте  эти  же  два  источника:  Библия    короля  Иакова  и 
Шекспир. Кроме того, цитаты  Берти Вустера можно также назвать «школьными», 
взятыми из произведений, входящих в школьную программу. И, наверное, поэтому, 
он не помнит, откуда они. Закончив учиться, Берти постарался забыть побыстрее все 
неприятности,  связанные  с  обучением.  Зная,  что  он  не  обладает  высоким 
интеллектом,  мы  можем  предположить,  что  учеба  давалась  ему  с  трудом.  Ум  не 
обязателен  для  джентльмена.  Да  и  зачем  учить  географию,  если  есть  извозчики? 
Зачем держать в памяти кто, что, когда, сказал, если есть Дживс?   
-You remember that fellow you’ve mentioned to me once or twice, who let 
something wait upon something? You know who I mean – the cat chap. 
-Macbeth, sir, a character in a play of that name by the late William Shakespeare. 
He was described as letting “I dare not” wait upon “I would”, like the cat i’ th’ adage ( 40-
41). 
  Сопоставим слова Берти с фрагментом из «Макбета», в котором леди Макбет 
упрекает  мужа в бездействии:  
Art thou afeard  
           To be the same in thine own act and valour  
 
41

           As thou art in desire?   Wouldst thou have that  
           Which thou esteem'st the ornament of life,  
           And live a coward in thine own esteem,  
           Letting "I dare not" wait upon "I would",  
           Like the poor cat i' the adage?18 
Леди  Макбет  имеет  ввиду  пословицу  «Все  кошки  любят  рыбу,  но  боятся 
намочить лапки» (Без труда не выловишь и рыбку из пруда). Так говорят о том, кто 
стремится  иметь  что-то,  но  боится  рисковать.  Забавно,  что  не  зная  точно,  откуда 
цитата, Берти интуитивно угадывает ее смысл и употребляет верно.  
 
3. Кодекс чести Берти Вустера. 
Берти строго придерживается главных положений своего кодекса, который во 
многом  придумал  сам.  Однако,  были  и  источники.  На  основные  постулаты “The 
Code of The Woosters” (кодекса  Вустеров)  повлияли        как  нормы  поведения, 
принятые в привилегированной школе, в которой учился Берти, так и прочитанная 
литература.  Думаю,  в  основном  это  были  детективы.«I mean, imagine how some 
unfortunate Master Criminal would feel, on coming down to do a murder at the old 
Grange, if he found that not only was Sherlock Holmes putting in the weekend there, but 
Hercule Poirot, as well»(44). Самое главное в литературе такого рода для Берти – это 
прежде  всего  нравственный  урок,  убеждающий  читателя  в  неизменном  торжестве 
добра  над  злом,  которое  не  остается  безнаказанным.  Называя  себя «unfortunate 
Master Criminal» , он чувствует укор совести. Бедный Берти, он привык ставить себя 
на  место  детектива,  проникаться  уверенностью  в  своих  силах,  чувствовать  себя 
способным  отстоять  справедливость,  а  теперь  ему,  по  приказу  тетки,  нужно  стать 
преступником  и  выкрасть  молочник!  К  счастью,  он  не  торопится  с  принятием 
решения («brave, but not rash»), и эта опасность его минует. 
                                                           
18Shakespear W. Macbeth. – Cambrige: University press, 1958. – P. 37   
 
42

 Не только нравственная  сторона  привлекает Берти.  Сложность  неожиданно 
разрешаемой  логической  задачи,  а  также  оригинальность  личности,  которая  ее 
разрешает – все  это  не  только  ему  интересно,  но  и  зачастую  воспринимается,  как 
образец для подражания и руководство к действию.  « To give the brain a rest before 
having another go at the problem, I took up my goose-flesher again» (156). Не зная, что 
делать  и  как  поступить  в  создавшейся  ситуации,  он  берет  книгу  в  руки  и  находит 
ответ.   «I think it would help if we did what they do in the thrillers» (106). Берти читает, 
и  не  просто  размышляет  над  прочитанным.  Нет,  он  относится  к  написанному  в 
детективах,  как к непреложной истине, считает необходимым следовать буквально 
действиям героев-сыщиков. « Listen attentively, Jeeves. «They seemed to have looked 
everywhere , my dear Postlethwaite, except in one place where they might have  expected 
to find something…They never thought of the top of the cupboard, the thing every 
experienced crook thinks of at once, because…he knows it is every woman’s favorite  
hiding-place» ( 157). Прочитав эти строчки, Берти сразу же признает их правоту, ведь 
его идеал – это детектив, способный докопаться до сути любого запутанного дела, а 
то,  что  в  последствии  выяснится,  что  аксиома  «женщины  всегда  все  прячут  на 
шкафах» не подтвердится, покажется ему досадным недоразумением, исключением 
из правила « все, что написано в детективе – истинно». 
 Поэтому    когда  Мадлен  рассказывает  ему  о  синьоре  Джефри  Руделе, 
влюбленном  в  жену  лорда  Триполи,  мы  видим  юмор  «скрытого»  повествователя. 
Мадлен  сравнивает  Берти  с  Руделем,  считая,  что  он  страдает  от  неразделенной 
любви  к  ней.  Она  рассказывает  долго  и  пространно  историю  Джефри,  не  имея  ни 
малейшего понятия, что Берти не может понять его страданий. Мало того, что Берти 
не влюблен в Мадлен, но, как уже было сказано выше, у него совсем другой идеал: 
герой-сыщик,  а  не  герой-влюбленный.  Мадлен  говорит,  когда  Рудель  приплыл  на 
корабле,  ему  было  так  плохо,  что  слуги  несли  его  на  носилках.  Берти  недоуменно 
произносит: «Not feeling so good?»- I said groping. «Rough crossing?»... «Terrific», I 
said, feeling I had to say something, though personally I didn’t think the story a patch on 
 
43

the one about the traveling salesman and the farmer’s daughter»( 56). Берти  неизменно 
вежлив:  если девушка принимает так близко к сердцу эту историю, надо отнестись 
с уважением к ее чувствам. А так как Берти невдомек к чему бы это, зачем это она 
ему  рассказывает,  он  строит  собственные  предположения.  Этот  рассказ,  конечно, 
бессмыслен и неинтересен, но… «если знаешь людей лично, тогда, конечно, другое 
дело» («different, of course, if one had known the chap») (56). 
 Создается  впечатление,  что  кроме  приключенческой  литературы,  Берти 
вообще  ничего  не  способен  понять.  Работы  серьезных  авторов  Берти  не  способен 
воспринять. Более того,  часто образованный человек представляет для него угрозу, 
как это было в случае с Флоренс Крайе. Флоренс, после помолвки с Берти, хотела 
«подтянуть» его до своего уровня  («to boost up a bit nearer her own plate of intellect») 
и  давала  ему  книги  философов XIX века.  Несомненен  комизм  ситуации:  невеста 
дает  почитать  Ницше  своему  жениху.  Берти  добросовестно  читает,  но,  конечно  не 
понимает ни слова. «I think you would also have found her educational methods a little 
trying, sir19».  
Это слова Дживса, но они полностью выражают мнение Берти. За этим стоит 
неприятие  такого  рода  литературы  «всеведущим»  повествователем.  Философия  
Шопенгауэра и Ницше объединяется им под общим знаком: философия пессимизма. 
В данном случае, Дживс высказывает мнение повествователя: «I have had it from her 
ladyship’s own maid… that it was her intention to start you almost immediately upon 
Nietzsche. You would not enjoy Nietzsche, sir. He is fundamentally unsound». (20) 
Мы  застали  Берти  в  тот  блаженный  период,  когда  человек  уже  ведет 
самостоятельную жизнь, но еще не обременен никакой ответственностью. Все идет 
как идет, само собой. Кажется, что так будет всегда. Но именно «кодекс чести» не 
дает ему жить спокойно. Первая заповедь гласит: «Не оставь друга в беде». Именно 
                                                           
19  Английский  текст  романа  П.Г.Вудхауза  цитируется  по  изданию:Wodehouse P.G. Jeeves takes charge.//The 
World of Jeeves.- NY: Harper&Row, Publishers, 1998, p. 20 
 
 
44

из-за друзей Берти и попадает в самые нелепые ситуации. Защищая Гасcи от Спода, 
он  произносит  целую  речь.  С  одной  стороны,  ради  друга  он  готов  повергнуться 
опасности,  с другой – его поведение вполне можно объяснить тщеславием. «I was 
pleased to note on his face the burgeoning of a look of worshipping admiration, such as a 
distressed damsel of the Middle Ages might have directed at a knight on observing him 
getting down to brass tacks with the dragon»( 142). Разъяренный  Спод  преследует 
Гасси,  и  нужно  иметь  мужество,  чтобы  встать  на  дороге  перед  Сподом. 
Мужественен  ли  Берти  это  еще  вопрос,  ведь  защищая  Гасси,  он  знает,  что  ему 
самому  ничего  не  грозит,  так  как  ему  стало  известно  одно  «магическое»  слово,  с 
помощью  которого  можно  не  только  остановить  Спода,  но  и  заставить  выполнять 
собственные  требования.  Почему  бы  не  покрасоваться  перед  другом,  пусть  хоть 
немного почувствует превосходство Берти, вспомнит: « the old Daredevil Wooster of 
our boyhood days» (143). Терминология,  которую  он  использует, «a damsel»,  «a 
knight», «a dragon»     также  указывает  на  то,  что  Берти – рыцарь,  и  всвязи  с  этим 
вторая  заповедь  его  кодекса  гласит: «Не  презирай    влюбленную  женщину» (Thou 
shalt not scorn a woman’s  love)  Безусловно,  Берти  уважает  женщин,  с  вниманием 
относится  к  их  чувствам. «I don’t suppose there is a man in the W1 postal district of 
London more readily moved by a woman’s grief than myself»   (W1-West End) (167). 
Если девушка плачет, он чувствует себя обязанным как-то ей помочь. И все же он 
прекрасно  понимает,  что  мотивы  их поступков  далеко  не  безупречны,  в  основном, 
женщины используют его. «I stared at the young pill, appalled at her moral code, if you 
could call it that. You know, the more I see of women, the more I think that there ought to 
be a law. Something has got to be done about this sex, or the whole fabric of  Society will 
collapse, and then what silly asses we shall all look»( 90). Вполне возможно, что именно 
эта способность видеть (иногда, правда, для этого требуется вмешательство Дживса)  
отрицательные стороны и мешает ему жениться. 
 Берти  старается  сделать  все,  что  в  его  силах,  и  для  друзей,  и  для  подруг,  но 
оказывается,  что  если  друзья  хотя  бы  воздадут  должное  его  слуге,  то  «подруги» 
 
45

либо  поставят  Берти  в  неловкое  положение,  подкинув  очередную  нелепую  идею 
выхода из ситуации, либо попытаются шантажировать, как это делала Стиффи. « But 
none of that sex, however deadlier than the male, can be ranked in the same class with this 
Stiffy» ( 108). 
Сопоставим: 
When the early Jesuit fathers preached to Hurons and Choctaws,  
They prayed to be delivered from the vengeance of the squaws.  
'Twas the women, not the warriors, turned those stark enthusiasts pale.  
For the female of the species is more deadly than the male20 
 (Rudyard Kipling,   "The Female of the Species"). 
Женское  коварство,  хитрость,  предательство – все  это  действительно  имеет 
место в романе, и Берти каждый раз возмущен до глубины души. Но, когда Стиффи  
шантажирует  его,  прячет  у  него  каску  полицейского,  подвергает  его  опасности,  
настаивает на краже сливочника в  форме коровы, негодованию Берти нет предела. 
Тем  не  менее,  все  происходящее – хороший  случай  пофилософствовать. « A man 
thinks he is being chilled steel – or adamant, if you prefer the expression – and suddenly 
the mists clear away and he finds that he has allowed a girl to talk him into something 
frightful. Samson had the same experience with Delilah» (95). Несмотря  на  все  эти 
обвинения,  читатель  понимает,  что  это  просто  шутка  и    улыбается.  Постепенно, 
каждый  в  свое  время,  друзья  Берти  (частенько  с  помощью  Дживса)  взрослеют, 
остепеняются,  женятся.  Но,  мы  никогда  не  увидим,  как  это  произойдет  с  Берти 
Вустером. Может это произойдет, а может и нет. Но, мы можем быть уверены, что 
благодаря  своему нетребовательному  отношению к окружающему миру, он будет 
так же счастлив, как и сейчас. 
4. Дживс и второстепенные персонажи. 
«Точка  зрения»  Дживса  до  известной  степени  совпадает  с  мнением 
«скрытого»  повествователя,  потому  что  он-то  все  понимает,  видит  истинный  ход 
                                                           
20 Kipling R. Poems. Short stories. – M.: Raduga, 1983. – P. 245 
 
46

событий,  помогает  Берти  осознать  смысл  происходящего.  А    если  не  понимает 
Берти,  то  все  равно  старания  Дживса  не    напрасны  – понимает  читатель.  Дживс 
отличен от традиционного образа слуги, сложившегося в мировой литературе. Ведь 
этот  сюжет – слуга  умнее  хозяина – обыгрывался  с  древнейших  времен  многими 
авторами  и  тут  нелегко  было  сказать  какое-то  новое  слово  (Дон  Кихот  и  Санчо 
Панса,  граф  Альмавива  и  Фигаро,  мистер  Пиквик  и  Сэм).  Вудхаузу  это  удалось. 
Дживс  сдержан  и  немногословен.  Высшая  степень  обеспокоенности  выражается  у 
него фразой "Most disturbing, sir". Ему достаточно слегка приподнять бровь и сказать 
"Indeed, sir?", или "Highly suggestive, sir" и читателю становится понятно, что Дживс 
полностью  и  всесторонне  оценил  ситуацию.  Но  вот  вопрос,  почему  этот 
интеллектуал,  начитанный  и  образованный  человек  удовлетворяется  ролью  слуги, 
пусть  даже  «в  должности  личного  джентельмена  джентельмена ("in the capacity of 
gentleman's personal gentlemаn")? Для  человека  такого ума, с  его «возможностями и 
тактом»("resource and tact") современный  мир  открывает  неограниченные 
перспективы. Мне кажется, возможен только один ответ – Дживса его жизнь с Берти 
Вустером  вполне  устраивает.  Ему  так  же  мало  нужен  этот,  так  называемый, 
"жизненный  успех"  в  его  обычном  понимании,  как  и  его  хозяину.  Перед  нами 
наглядная  иллюстрация  того,  что  "мудрый  человек  не  стремится  к  счастью,  он 
стремится  к  покою".  Видимо  служба  у  Берти  представляется  Дживсу  достойным 
применением  его  талантов  и  оставляет  ему  достаточно  досуга  для 
самосовершенствования.  Он  предпочитает  не  выделяться,  жить  своей  частной 
жизнью,  читать  книги,  посещать  свой  клуб  (какой  же  джентльмен  без  клуба?)  и 
предаваться  размышлениям  о  человеческой  природе ("psychology of individual"). 
Кроме того, Дживс просто незаменим, если бы не он, как бы Берти не храбрился, а 
никому бы помочь не смог. 
Дживс  как  герой  уникален,  он  один  из  многочисленных  героев  Вудхауза 
понимает в  полной мере все происходящее и владеет ситуацией. Надо  сказать,  все 
персонажи  из  внушительной  галереи  портретов,  написанных  Вудхаузом,  выглядят 
 
47

весьма комично. Особенно те, которые претендуют на особую серьезность. Все эти 
дядюшки и тетушки в загородных домах, девицы с идеями, молодые рассерженные 
писатели, которые пугаются собственной тени, друзья самого Берти, не уступающие 
ему  по  умению  влипнуть  в  идиотскую  историю ("soup, not less")... Конечно,  по 
большей  части,  юмор  Вудхауза  добрый,  снисходительный  к  мелким  человеческим 
слабостям.  Но  к  таким  как  председатель  партии "black shorts" – носящих  черные 
шорты  (намек,  конечно,  на  чернорубашечников – "black shirts") или  к  пламенным 
революционерам  из  Гайд-парка,  Вудзауз  просто  беспощаден  (конечно,  тоже  по-
своему – просто  показав,  что  они  есть  на  самом  деле.  Так,  например,  описывая 
внешность Спода, повествователь дает нам представление и о его внутреннем мире. 
«It was as if Nature had intended to make a gorilla, and had changed its mind at the last 
moment» ( 20). 
Именно  «скрытый»  повествователь  обращает  внимание  на  смешные  стороны 
обычных  людей,  на  нелепость  привычных  ситуаций.  Отставные  английские 
военные,  аристократы,  суровые  тетки,  священники,  водители  такси,  неизменные 
дворецкие («Овсянка,  сэр!») – все  они  не  сошли  со  злых  карикатур  на  буржуев  в 
«Крокодиле» – они  просто  живут  своей  жизнью,  женятся,  ездят  в  гости, 
коллекционируют  предметы  старины,  играют  на  скачках...  Но  умудряются  делать 
это  смешно.  Особые  отношения  у  Берти  с  тетками.  Одна  из  них,  тетя  Агата  «с 
хрустом жует бутылочные осколки и надевает сорочку из колючей проволоки прямо 
на голое тело» («eats broken bottles and wears barbed wire next to the skin») и называет 
его  не  иначе,  как  «беспозвоночное  существо» («spineless invertebrate») . Другая – 
тетя Далия – вроде бы настроена более дружелюбно. Единственная проблема – она 
очень  громко  говорит. «She snorted with a sudden violence which  twenty-four hours 
earlier would have unmanned me completely. Even in my present tolerably robust 
condition, it affected me rather like of those gas expositions which slay six» (33). В 
молодости она много времени проводила на охоте, занималась лисьей травлей, вот и 
привыкла  кричать.  Тетя  Далия  не  только  говорит,  но  и  ведет  себя  очень 
 
48

воинственно. Размышляя о похищении молочника, она уверена, что имеет все права 
это  сделать,  ведь  Бассет  знал,  что  ее  муж  собирался  купить  этот  «предмет 
антиквариата», и, несмотря на то, что они друзья, помешал ему. Поэтому тетя Далия 
и объявила, правда негласно, войну Бассету. «The great thing,» – she said, «is not to 
loose our heads. We must say to ourselves: «What would Napoleon have done?» He was 
the boy in a crisis. He knew his onions» (241). То,  что  она  вспоминает  Наполеона, 
показывает – тетя  Далия  настроена  серьезно.  Воевать – так  уж  по  всем  правилам. 
Однако, ее правила войны больше походят на лисью охоту, так как предлагает она 
шантаж  и  обман.  Это  все  чуждо  Берти.  Он  хотел  бы  угодить  тете  Далии,  но 
понимает,  что  желание  выкрасть  молочник  не  выполнимо,  связано  с  большим 
риском  для  его  репутации,  да  и  вообще  это  не  хорошо.  Мало  того,  тетка  открыто 
шантажирует племянника. Поэтому  Берти откровенно признается Дживсу: 
–If I had my life to live again, Jeeves, I would start it as an orphan without any 
aunts. Don’t they put aunts in Turkey in sacks and drop them in the Bosphorus? 
–Odalisques, sir, I understand. Not aunts. 
–Well, why not aunts? Look at the trouble they cause in the world. I tell you, Jeeves, 
and you may quote me as saying this – behind every poor, innocent, harmless blighter who 
is going down for the first time in the soup, you will find…the aunt who shoved him into it 
(39). 
С  одной  стороны,  можно,  конечно,  пожалеть  Берти,  с  другой –  он  не 
торопиться выполнять указания тети и все само собой разрешается. Не без участия 
Дживса, разумеется. Подумаешь, появятся еще лишние доказательства того, что он 
«совершенно сошел с ума» ("...insane, quite insane!") с точки зрения таких зануд как 
сэр  Родерик  Глоссоп («врач  сумасшедших»"loony doctor", или  как  он  сам 
предпочитает именовать себя – «специалист по головному мозгу» "brain specialist"). 
Пусть себе думают, что хотят. Что толку с ними спорить, если они не могут понять 
простых  вещей?  У  Дживса  всегда  вовремя  найдется  план – спасительная 
 
49

комбинация, ведущая к решению всех проблем. И – что тоже немаловажно -  не надо 
придавать особого значения тому,  что думают окружающие. 
В  данном  случае,  примечательно  и  то,  что  сам  Вудхауз  в  своем  эссе 
«Несколько слов о юморе» писал: «The most melancholy humor today is, I suppose, the 
Russian…if there is anything less hilarious than a Russian proverb, we have yet to hear of 
it». Вудхауз никогда не был сатириком. Хотя все его герои вертятся в высшем свете 
и  представлены  в  довольно  карикатурном  виде,  никакого  обличения  в  этом  нет. 
(Заметим,  что,  вероятно,  это  одна  из  причин,  по  которой  произведения  автора  не 
переводились и не издавались в  Советском  Союзе, поскольку рассматривались как 
некая апология сытых). Однако, в его романах очень часто можно встретить весьма 
сатирические замечания о русских. «…she entered now with a slow and dragging step 
like a Volga boatman» (165). Сравнивая  свою  героиню  с  бурлаками  на  Волге,  он 
хочет подчеркнуть то, что ее горе преувеличено. Может даже показаться странным, 
что  Вудхауз  использует  совсем  не  смешные  реалии  жизни  русских  для  создания 
комического  эффекта: «Before I know where I am , the OGPU will be searching my 
room» (202). Впрочем, это вряд ли говорит о том, что он не любил русских. Конечно, 
Вудхауз  был  в  курсе  всех  политических  событий,  знал  о  происходящем  в  России. 
«I’m fed up with this police persecution. One might as well be in Russia». (88) Но, 
прежде всего, он был юмористом, и критерии «смешно – не смешно», думаю, были 
для него определяющими.    «There may come a time when Russia will rise to He-and-
She jokes and stories about two Irishmen who were walking along Broadway, but I doubt 
it», (284) –  пишет  Вудхауз  в  своем  эссе  «Несколько  слов  о  юморе».  Логично  ли 
будет  упрекнуть  его  в  поверхностности  и  несерьезности?  Но  ведь  Вудхауз  и  не 
ставил перед собой  цель – написать глубокое и серьезное произведение. Его герою 
нужны только клуб, его друзья, похожие на него самого,  вечерний поднос с виски и 
содовой (в. и с.) – и все в порядке. Однако, можно ли упрекнуть  Вудхауза в том, что 
его  персонажи    не  проработаны  в  деталях,  напоминают  скорее  некие  маски, 
 
50

традиционных героев мюзик-холла, кинематографа или цирка (рыжий, белый)? Ведь 
комический эффект здесь именно в максимальном упрощении.  
Как уже было сказано, романы Вудхауза – юмористические, и здесь не место 
серьезным  мыслям,  однако,  ничто  не  мешает  ему  мимоходом  пошутить  над 
авторитарным строем. «I don’t know if you have ever seen those pictures in the papers of 
Dictators with tilted chins and blazing eyes, inflaming the populace with the fiery words of 
the opening of a new skittle alley» (Ibid, 20). 
 Очевидно,  претендуя  всего  лишь  на  роль  писателя-юмориста,  пишущего  с 
единственной целью – развлечь почтенную публику, Вудхауз все-таки смог сказать 
своими книгами что-то очень важное и нужное, что-то, чего люди не нашли в томах 
"серьезных"  писателей  и  философов  –  глубокомысленных  учителей  человечества 
(возможно, просто просмотрели, так как не умели читать между строк).  
Последние  страницы  "Фамильной  чести  Вустеров".  Берти,  завершив 
очередную, полную приключений и суровых испытаний одиссею, снова у себя дома, 
в  своей  постели.  Завтра  –  будет  новый  день.  Может,  как  обычно,  безмятежный,  а 
может и не вполне. А пока Берти засыпает и пытается вспомнить эти самые стихи. 
Дживс – он как всегда рядом – подсказывает строчки хозяину:  
The year's on the spring, 
The day's at the morn, 
Morning's at seven, 
The hill-side's dew-pearled. 
The lark's on the wing, 
The snail's on the thorn. 
God's in His heaven, all's right with the world.  
Robert Browning, "Pipa Passes"(285-286). 
 
51

В этом стихотворении мы видим и оптимизм повествователя, и его жизненную 
установку.  Что  бы  ни  случилось,  все  к  лучшему.  Все  закончится  хорошо,  в  этом 
глубоко убеждены и Берти Вустер, и «всеведущий» повествователь. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
52

Заключение. 
 
Вудхауз самими англичанами возведен в ранг классика, что может показаться 
странным, ведь он не сочинил ничего серьезного или социально значимого. Главное, 
конечно, не что написано, а как написано. В Англии есть традиция юмористической 
литературы, идущей от Чосера к Честертону, но все они – и Филдинг, и Смоллетт, и 
Диккенс – не только юмористы, а Вудхауз – только. Однако, сочетание редкостного 
юмора и совершенного мастерства дало ему право считаться классиком английской 
литературы. 
В России, к сожалению, творчество этого автора  известно плохо. В период  с 
1920  по 1928 год  в    Советском  Союзе  было  выпущено  несколько  книг  Вудхауза  в 
чрезвычайно  упрощенных,  чуть  ли  не  реферативных,  переводах.  Затем  последовал 
продолжительный  перерыв  длиной  почти  в 70 лет,  когда  писатель  вообще  не 
переводился.  И  только  начиная  с 1995 года  в  нашей  стране  снова  стали  выходить 
произведения  Вудхауза  как  в  старых,  так  и  в  новых  переводах.  В  связи  с  этой 
продолжительной паузой в издании книг Вудхауза в России, а также с тем, что автор 
относится  к  так  называемым  «несерьезным»  писателям,  его  творчество  не  было 
рассмотрено  подобающим  образом  и  не  стало  предметом  ни  одного 
литературоведческого исследования. 
Между  тем,  кроме  вопроса,  кто  же  истинный  повествователь  в  его  романах, 
существует еще ряд неразработанных  проблем.  Невозможно говорить о писателе  в 
отрыве  от  той  среды,  в  которой  он  жил,  от  времени,  когда  были  написаны  его 
произведения.  Необходимо  понять,  отношение  Вудхауза  к  модернистам,  его 
позицию в литературоведческих спорах. Кроме того, большой интерес представляет 
собственно  язык  Вудхауза.  В  данной  работе  был  рассмотрен  вопрос  о 
повествователе.  Было  бы  интересно  рассмотреть  особенности  повествователя 
именно  в юмористическом произведении.  
 
53

Книги Вудхауза ценили и с большим удовольствием читали  многие писатели 
и критики. В 1935 году в Оксфорде произошел примечательный случай. В комнату, 
где  занимались  студенты,  вошел  один  из  преподавателей,  попросил  всех  встать  и 
сказал: «Джентльмены,  сегодня  скончался  Честертон.  Теперь  в  Англии  остался 
только один хороший писатель – Вудхауз». Имя преподавателя было Джон Рональд 
Руэл Толкин. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
54

Библиография 
I.     Тексты. 
1. 
1.  Вудхауз  П.  Г.  Фамильная  честь  Вустеров / Пер.  с  англ.  Ю.  Жуковой. – М.: 
Эксмо, 2005. – 385 с. 
2. Wodehouse P. G. The Code of the Woosters. – L.: Herbert Jenkins, 1938. – 260 p. 
3. Wodehouse P. G. The Code of the Woosters. – Lpz.: Tauchnitz, 1939. – 255 p. 
4. Wodehouse P. G. The Code of the Woosters. – Harmondsworth(Mx): Penguin books, 
1978. – 237 p. 
5. Wodehouse P. G. The Code of the Woosters. – N.Y.: Vintage books, 2005. – 286 p
6. Wodehouse P. G. Jeeves in the offing. – Harmondsworth(Mx): Penguin books, 1963. – 
215 p. 
7. Wodehouse P. G. Jeeves takes charge//The World of Jeeves. – N.Y.: Harper & Row, 
1998. – 654 p. 
2. 
8. Wodehouse P. G. A Note on  Humor// Wodehouse P. G. Plum Pie. – L.: Herbert 
Jenkins, 1966. – 285 p. 
9. Wodehouse P.G. Performing Flea. – Harmondsworth(Mx): Penguin books, 1961. – 300 
p. 
 
II. Работы по творчеству П. Г. Вудхауза. 
10. Зверев А. Вудхауз, Берти, Дживс и я// Книжное обозрение. – 19 июня. – М., 1999. 
– C. 25. 
11. Кульба А. Заговор снобов// Первое сентября. - № 34. – М., 2004. – C.5. 
12. Сербин В. Мир Вудхауза// Иностранная литература.  – №11. – М., 1995. – C. 8. 
13.  Свиридов  Я.  Приемы  комического  в  языке  произведений  П.Г.  Вудхауза// www. 
wodehouse.ru 
14. Трауберг Н.Л. Времена и нравы// Неприкосновенный запас. – № 4. – М., 1999. 
15. Трауберг Н.Л. Рай, юмор и уют// Иностранец. – № 6. – М., 1999. 
 
55

16. Connolly J.   P.G.  Wodehouse. – L.: Eea Pie Publishing, 1981. – 160 p. 
17. Easdale R. The Novel life of P. G. Wodehouse.  –  Newtown: Cyhoeddwyr y 
Superscript, 2004. – 208 p. 
18. Edwards O. D. P.G. Wodehouse. A critical essay. – L.: Barrier & Jenkins, 1977. – 
252 p. 
19. French R. B. D. P.G.  Wodehouse. – L., Edinburgh: Oliver and Boyd, 1966. – 120 p. 
20. Garrison D.H. Who’s Who in Wodehouse. – N.Y.: International Polygonics, 1989. – 
279 p. 
21. Green B. P.G. Wodehouse. A Literary Biography. – Oxford: Oxford University Press, 
1983. – 256 p. 
22. Hall R.A. The comic style of P. G. Wodehouse. – Hamden: Archon Books, 1974. – 
146 p. 
23. Hitchens C. Breaking the Wooster code// www.wodehouse.com 
24. Homage to P.G. Wodehouse. Ed. By T. Cazalet-Keir. – L.: Barrier & Jenkins, 1973. – 
146 p. 
  
26. Jasen D.A. Theatre of P.G. Wodehouse. – L.: B.T. Batsford, 1979. – 120 p. 
27. Jasen D.A. P.G. Wodehouse. A Portrait of a Master. – N. Y.: Continuum, 1981. – 352 
p. 
28. Maslin J. Wodehouse: Finding Traces of Wooster in the Creator of Jeeves// The New 
York Times. – Nov.11. – N.Y., 2004 
29.  Mooneyham L. Comedy among the modernists: P.G. Wodehouse and the 
Anachronism of Comic Form// Twentieth Century Literature. – Vol. 40. - #1. – N. Y. 
–1994. – p. 114-138 
30. Morris J.H.C. Thank you, Wodehouse. – L.: Weidenfield and Nicolson, 1981. – 152 p. 
31. Orwell G. In defense of P.G. Wodehouse / Orwell G. Critical essays. – L.: Secker, 
1946. – 256 p. 
32. Phelps B.  P.G.  Wodehouse: Man and Myth. – L.: Constable, 1992. – 344 p. 
33. Ring T. Wodehouse in Woostershire. – Maidenland: Porpoise Books, 1999. – 329 p. 
 
56

34. Thompson K. Wooster Proposes, Jeeves Disposes. – N.Y.: James H Heineman, 1992. 
– 390 p. 
35. Usborne R. Wodehouse at work. – L.: Herbert Jenkins, 1961.  –312 p. 
36. Usborne R. Wodehouse companion. – L.: Elm Tree Book, 1981. – 169 p.  
37. Usborne R. Wodehouse Nuggets. – L.: Hutchinson, 1983. – 231 p. 
38. Voorhees R. P. G. Wodehouse. – N. Y.: Twayne Publishers, 1966. – 192 p. 
39. West R. H. The High Art of Quality Frivolity// South Atlantic Bulletin. – Vol. 37. –  
#1. – N.Y. – 1972. – p. 12-19 
40. Wind H.W. World of P. G. Wodehouse. – N. Y.: Praeger Pub., 1972. – 104 p. 
 
III.Работы по теории повествования. 
41. Бахтин М. М. Вопросы литературы и эстетики: Исследования разных лет. –  М.: 
Худож. лит., 1975. – 502 с. 
42.  Бахтин  М.М.  Фрейдизм.  Формальный  метод  в  литературоведении. – М.: 
Лабиринт, 2000. – 640 с. 
43. Введение в литературоведение /Под ред. Поспелова. – М.: Высшая школа, 1988. 
– 528 с. 
44.  Ильин  И.П.  Нарраталогия//  Западное  литературоведение  ХХ  века. – М.: 
Интрада, 2004.  
45.  Лотман  Ю.  Замечания  о  структуре  повествовательного  текста. – Тарту:  Учен. 
зап. Тарт. гос. ун-та. - 1973. - Вып. 308. - С. 382-386. 
46. Пропп В. Я. Проблемы комизма и смеха. – СПб.: Алетейя, 1997. – 288 с. 
47. Пропп В. Морфология волшебной сказки. – М.: Лабиринт, 2006.-128 с. 
48. Тынянов Ю. Н. Поэтика. История литературы. Кино. - М.: Наука, 1977. - 574 с. 
49. Уоррен О., Уэллек Р. Теория литературы. – М.: Прогресс, 1978. – 326 с. 
50.Успенский Б. Поэтика композиции. - СПб.: Азбука, 2000. - 348 с. 
51. Хализев В.Е. Теория литературы. – М.: Высшая школа, 2002. - 437 с. 
52. Шкловский В. О теории прозы. – М.: Советский читатель, 1983. – 384 с. 
53. Эйхенбаум Б. О литературе. - М.: Сов. писатель, 1987. – 540 с. 
 
57

54. Booth W. The Rhetoric of Fiction. – Chicago: Chicago UP, 1967. – 455 p. 
55. Brooks C. Literary criticism. – N.Y.: Appleton, 1959.  – 688 p. 
56. Forster E.M. Aspects of the Novel. – N.Y.: Harvest, 1954. – 176 p. 
57. Friedman A. The turn of the novel. – Oxford: Oxford UP, 1966. – 212 p. 
58. James H. The Art of Fiction. – N. Y.: The Viking Press, 1948. –  240 p. 
59. Lubbock P. The craft of fiction. – N. Y.: The Viking Press, 1957. – 274 p. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
58

Document Outline

  • Елена Ваулина

1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   16

Похожие:

3. Кодекс чести   icon«Законы Ману (кодекс законов человеческой чести)… • «Русские Веды» 
А. Ч. Бхактиведанта Свами Прабхупада — звенья ученической преемственности. Биография
3. Кодекс чести   iconНомера - служба в полиции: кодекс чести
Николай Геннадьевич, почему вопро- общественного  резонанса,  который  был  ние на вопросах соблюдения законности и 
3. Кодекс чести   iconУрок №10 Тема: «Баев Г. К. «Встреча». Становление характера маленького человека. Воспитание чести, мужества, достоинства»
Тема: «Баев Г. К. «Встреча». Становление характера маленького человека. Воспитание чести, мужества, достоинства»
3. Кодекс чести   iconУрок комп- 
«Законы чести» в главе «Королевские  1ч.  открытие  иллюст-   прочитать    мушкетѐры и гвардейцы г-на кардинала» 
3. Кодекс чести   iconКодекс республики беларусь об образовании

3. Кодекс чести   iconКодекс республики беларусь об образовании

3. Кодекс чести   icon                  Генеральный директор                  ооо «Газпром бурение»                                                                           А. Г. Россинский
Этот праздник мужества и чести, достоинства и верности долгу объединяет многие поколения россиян. День
3. Кодекс чести   iconКодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30. 12. 2001 n 195-фз (принят гд фс РФ 20. 12. 2001)
Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30. 12. 2001 n 195-фз
3. Кодекс чести   iconРоссийская федерация кодекс российской федерации об административных правонарушениях

3. Кодекс чести   iconЛитература в. В. Прозоров (Россия) об остаточной читательской литературной памяти   30 Г. Цуканов (Россия) ничто НЕ важно, кроме чести   35 А. Чeрвeняк (Слoвакия) «братья  карамазoвы»
Тиxoтвoрeниe  нoмeрa   5
Разместите кнопку на своём сайте:
TopReferat


База данных защищена авторским правом ©topreferat.znate.ru 2012
обратиться к администрации
ТопРеферат
Главная страница