С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси




НазваниеС. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси
страница1/3
Дитяткин Дмитрий Геннадиевич
Дата конвертации14.03.2013
Размер0.57 Mb.
ТипАвтореферат
  1   2   3
Российская академия наук

Институт российской истории

На правах рукописи

Дитяткин Дмитрий Геннадиевич
С.А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси

Специальность 07.00.09. – Историография, источниковедение и методы исторического исследования

АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Москва – 2010
Работа выполнена в Центре истории русского феодализма Учреждения Российской академии наук Института российской истории РАН


Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Фомин Вячеслав Васильевич

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Перевезенцев Сергей Вячеславович

Московский государственный уни-

верситет им. М.В. Ломоносова
кандидат исторических наук

Артамонов Герман Анатольевич

Московский педагогический госу-

дарственный университет


Ведущая организация: Российская академия государствен-

ной службы при Президенте РФ


Защита состоится «__»_________ 2010 г. в 11.00 часов на заседании диссертационного совета Д 002.018.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата исторических наук при Институте российской истории РАН (117036, Москва, ул. Дм. Ульянова, 19)

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Института российской истории РАН.
Автореферат разослан «__»__________ 2010 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат исторических наук Е.И. Малето

Общая характеристика работы
Актуальность темы исследования. Проблема образования Древнерусского государства неразрывно связана с варяжским (варяго-русским) вопросом, вокруг которого споры не утихают уже несколько веков. В 1876 г. Ф. Фортинский совершенно справедливо указывал, что «то или другое решение его может повесть к изменению взгляда на всю древнюю Русь»1. «…В этом случае, – констатировал в том же 1876 г. И.Е. Забелин, – споры ведут вовсе не о словах и не об антикварных положениях… Здесь напротив того сталкиваются друг с другом целыя системы исторических понятий или ученых или даже национальных убеждений и предубеждений»2.

На протяжении длительного времени отечественными и зарубежными исследователями был накоплен богатейший материал, высказаны различные точки зрения на этнос варягов и варяжской руси, ее роль в становлении первого восточнославянского государства. Поэтому, как правомерно подчеркнул в 1931 г. крупнейший знаток историографии по варяжскому вопросу норманист В.А. Мошин, «главным условием на право исследования вопроса о начале русского государства должно быть знакомство со всем тем, что уже сделано в этой области»3.

Актуальность этих слов ученого особенно видна сегодня, когда в исторической науке происходит новое возрождение норманизма. «И данное обстоятельство обусловлено лишь тем, – обращает внимание В.В. Фомин, – что норманизм, давно прописавшись в школьных и вузовских программах, формирует сознание будущих ученых, в силу чего они в своем выборе руководствуются именно силой предубежденности и силой инерционности, нежели глубоким знанием и сравнением доказательной базы норманистов и их оппонентов. А знать и сопоставлять их, конечно, крайне необходимо, как необходимо квалифицированно владеть историографическим материалом»4. Игнорирование, а иногда прямая дискредитация достижений прошлого, способствует тому, что в науку возвращаются аргументы, от которых отказались сами норманисты более столетия тому назад, а состояние разработки варяжского вопроса оказалось отброшенным, по оценке Фомина, до уровня середины XIX в.5.

В этих условиях чрезвычайно важным и насущным является обращение к историографической традиции XIX столетия, в которой особое место занимает имя Степана Александровича Гедеонова. С ним, по мнению многих историков дореволюционного времени, связано становление нового этапа в обсуждении варяжского вопроса, а его критика скандинавского догмата, по словам, как противников, так и сторонников норманской теории, не имеет себе равных, и она впервые заставила отказаться самых убежденных норманистов от большинства своих положений. Гедеонов мобилизовал значительный материал в пользу прихода летописных варягов из славянского южнобалтийского Поморья. Особый интерес и значение представляет собой сопоставление этого материала с данными современной науки, которая однозначно свидетельствует о широких связях населения Южной Балтики и Северо-Запада восточнославянских земель.

Объектом исследования является историография варяжского вопроса в отечественной исторической науке. Предметом исследования выступает концепция начальной истории Руси, представленная в работах С.А. Гедеонова «Отрывки из исследований о варяжском вопросе» (1862–1863) и «Варяги и Русь» (1876)1.

Целью исследования является изучение разработки варяжского вопроса С.А. Гедеоновым как системы научных взглядов, базирующейся на предшествующей историографии и включающей в себя критику норманистких взглядов на начальные этапы русской истории и теорию ученого о южнобалтийской родине варягов. Этой цели подчинены следующие задачи: 1) рассмотреть основные этапы разработки варяжского вопроса в отечественной исторической науке в период времени с 1730-х гг., когда идеи норманизма проникают в русскую науку, до середины XIX в., выявить состояние этой разработки, а так же основные причины торжества в первой половине XIX столетия крайней формы норманизма; 2) проанализировать критику Гедеонова основных положений скандинавского догмата как взаимообусловленную систему аргументов, выявить ее качественный уровень и определить ее роль и место в разрешении варяжской проблемы; 3) рассмотреть славяно-балтийскую концепцию ученого и предложенную им систему доказательств; 4) используя достижения современной науки (археология, антропология, лингвистика, нумизматика), которые позволяют внести ясность в вопрос об этнической привязке и родине варягов и варяжской руси, выявить степень соответствия концептуальных положений Гедеонова современному состоянию науки.

Хронологические рамки исследования охватывают три периода. Во-первых, это отрезок времени с 30-х гг. XVIII в. по середину XIX в., в рамках которого в российской науке был сформулирован варяжский вопрос и в зависимости от его решения сложилось два главных направления: норманизм и антинорманизм, определен основной круг источников и представлена система аргументов в пользу той или иной версии происхождения варягов и руси. Следует отметить, что использование терминов «норманизм» и «антинорманизм» не несет в себе никаких негативных оценок, они соответствуют сложившейся исторической конъюнктуре и позволяют представить взгляд того или иного исследователя на варяжскую проблему. Как известно, норманская теория ведущую роль в образовании государства у восточных славян отводила скандинавам. С течением времени взгляды сторонников этой концепции эволюционировали в так называемый «умеренный норманизм», согласно которому незначительное количество скандинавов, приняв участие в становлении древнерусского государства, достаточно быстро растворились в славянской среде. Однако без изменения остались главные положения этой теории: варяжская русь во главе с Рюриком – это скандинавы, имя «Русь» происходит от финского названия шведов и Швеции «Ruotsi».

Во-вторых, это период, включающий в себя вторую половину XIX столетия – время, когда выходят в свет сочинения С.А. Гедеонова и работы авторов, сторонников и оппонентов ученого, с оценками и критикой положений исследователя. Третий период: второй половина XX – начало XXI в. характеризуется накоплением и осмыслением богатого разнохарактерного материала, свидетельствующего о существовании в VII–XI вв. широкомасштабных связей между населением южной Балтики и северо-западными восточнославянскими землями, что и обосновывал в свое время Гедеонов.

Методологическая основа исследования определяется историографическим характером работы. Основным выступает принцип историзма, согласно которому оценка достижений ученых осуществляется исходя из уровня развития научных знаний соответствующей эпохи. Работа так же предполагает использование историко-сравнительного и проблемно-хронологического подходов. Дается сопоставление основных положений по варяго-русскому вопросу ученых XVIII–XIX вв. с уровнем разработки проблемы варягов и руси в современной науке.

Источниковую базу исследования составил корпус материалов, который можно разделить на несколько групп. В первую очередь это работы С.А. Гедеонова: «Отрывки из исследований о варяжском вопросе», изданные в 1862–1863 гг. в «Записках императорской Академии наук», и переработанное их издание в 1876 г. в виде отдельной книги «Варяги и Русь». Второе и третье издания книги (дополненное двумя статьями о венгерских русинах и Черноморской Руси) увидели свет в 2004 и 2005 гг. соответственно.

Вторую группу источников составил ряд отечественных и иностранных письменных памятников, которые вплоть до середины XIX столетия служили основным источниковым базисом не только для решения варяжского вопроса, но и для его постановки. На основании интерпретации этих сведений строились новые концепции и теории. Это русские летописи и внелетописный материал, сочинения византийских, арабских, европейских средневековых авторов, скандинавские саги.

В третью группу входят сочинения отечественных и ряда зарубежных исследователей XVIII–XIX вв. посвященные варяжской проблеме, а так же археологические, антропологические, лингвистические, нумизматические материалы, представленные в работах специалистов XX–XXI вв., которые подняли разговор по варяжской проблеме на качественно новый уровень.

Четвертую группу составляют документы, содержащиеся в Санкт-Петербургском филиале Архива РАН, в фонде А.А. Куника (СПб. ФА РАН. Ф. 95. Оп. 4.). Перед смертью С.А. Гедеонов завещал свои рукописи А.А. Кунику для их последующего издания, в том числе и рукопись дополнений к «Варягам и Руси».

В отдельную группу следует выделить мемуарную литературу и работы посвященные истории Эрмитажа и русского театра, которые легли в основу биографического очерка Гедеонова1.

Степень изученности темы. Исследования С.А. Гедеонова, вышедшие в 60–70-х гг. XIX в., вызвали неподдельный интерес, оказали существенное влияние на дальнейшее изучение варяжского вопроса, способствовали кардинальному пересмотру ряда его положений. Первым рецензентом и критиком Гедеонова следует считать его коллегу по работе в Эрмитаже и основного оппонента по варяжской проблематике А.А. Куника, которого Степан Александрович попросил сопроводить критическими комментариями свои «Отрывки из исследований о варяжском вопросе». Показательно, что норманист Куник и в предисловии, предваряющем «Отрывки…», и в замечаниях к ним самым высоким образом оценил работу Гедеонова, а в отношении скандинавской системы заключил: «Нет сомнения, что норманисты в частностях преувеличивали значение норманской стихии для древнерусской истории, то отыскивая влияние ее там, где… оно было или ненужно или даже невозможно, то разбирая главные свидетельства не с одинаковой обстоятельностью и не без пристрастия»2. Пожалуй, один из самых убежденных норманистов XIX столетия М.П. Погодин в работе «Г. Гедеонов и его система о происхождении варягов и руси» (СПб., 1864) констатировал, что в критике норманской теории Гедеонов превзошел своего замечательного предшественника Г. Эверса, но, вместе с тем, главным недостатком построений ученого считал его взгляд на летописный рассказ о призвании варягов как искусственную историческую систему, созданную летописцем3.

Издание «Отрывков…» в виде книги «Варяги и Русь» в 1876 г. увеличило количество отзывов на исследования Гедеонова. Появляются работы, специально посвященные книге, так в 1876 и 1878 гг. выходят сочинения Ф. Фортинского «Варяги и Русь. Историческое исследование С. Гедеонова» (2 ч.) и «Замечания о книге С.А. Гедеонова «Варяги и Русь» И.И. Срезневского4. Рассмотрение позиций Гедеонова по варяжскому вопросу и их оценка в рамках изложения полемики норманистов и антинорманистов дается в трудах специалистов по русской истории Д.И. Иловайского, Н. Ламбина, И.Е. Забелина, Н.И. Костомарова, И.И. Первольфа5. После смерти ученого в 1878 г. к его наследию обращаются М.О. Коялович, Ф.И. Свистун, Н.П. Загоскин, Д.И. Багалей, М.К. Любавский1.

Общим мотивом в этих работах выступает признание Гедеонова в качестве непревзойденного критика норманской теории, отмечается широта привлеченного им материала, высокий научный уровень исследования. Причем эти оценки одинаково высказываются как стороннниками скандинавской системы, так и их оппонентами. Самого исследователя причисляют к славянскому направлению антинорманизма (он высказывался в пользу славяно-балтийского происхождения варяжской династии князей, а русь полагал туземным славянским племенем). Вместе с тем, в историографии имеется определенная двойственность в оценках достижений Гедеонова.

С одной стороны указывается на высочайший уровень его критики скандинавского догмата, с другой – положительная часть исследования, в которой ученый подходит к решению варяжского вопроса с позиций славяно-балтийской теории не нашла такого единодушного отклика. Неоднократно высказывалось мнение о слабости этой части по сравнению с отрицательной стороной работы. В этом плане примечательны слова Ф. Фортинского: «Являясь самым опасным врагом норманской системы, Гедеонов оказывается не особенно осмотрительным при постройке своей собственной»2. С достаточно жесткой критикой вывода летописных варягов из славянского балтийского Поморья в адрес ученого выступили норманист И.И. Первольф и антинорманист Д.И. Иловайский. Однако подобный взгляд был присущ далеко не всем, о правомерности заключений Гедеонова в пользу наличия древних и устойчивых связей между балтийскими славянами и Северо-Западом Руси высказывались М.О. Коялович и Н.П. Загоскин, который подчеркнул, что «благодаря г. Гедеонову учение славянской школы было поставлено на твердую почву»3.

В 1931 г. историк-эмигрант В.А. Мошин в работе «Варяго-русский вопрос» подвел итоги изучения варяжской проблемы в дореволюционный период. Автор высоко оценил вклад «беспристрастного исследователя» Гедеонова в изучение варяжского вопроса и констатировал, что он, пошатнув «основания норманской теории», «похоронил ультранорманизм» шлецеровского типа»1. В 1955 г. в Париже была опубликована работа Н.Н. Ильиной, где автор приводит некоторые положения ученого для критики норманской теории2. Другой историк-эмигрант С. Лесной (Парамонов), книга которого «Откуда ты, Русь?» вышла в 1964 г. в Канаде (русское издание увидело свет в 1995 г.), в небольшом обзоре полемики норманистов и антинорманистов отметил: «Доводы С. Гедеонова против норманизма были убийственными, а славянская теория подкреплялась целым рядом новых фактов». Однако, по мнению исследователя, публикации Гедеонова «не дошли до широкой общественности», а передовая научная интеллигенция в лице Тургенева, Чернышевского, Добролюбова «осталась в стороне в столь важном научном споре, касавшемся сути всей нации»3.

В советской науке с ее преобладанием «научного антинорманизма» (летописные варяги это – скандинавы, но русское государство вызрело из недр самого восточнославянского общества, т.е. норманны не были основателями государства на Руси4) основное внимание при рассмотрении историографии варяжского вопроса уделяется XVIII – началу XIX в., анализу его постановки в трудах Г.З. Байера, Г.Ф. Миллера, М.В. Ломоносова, А.Л. Шлецера. В 1960 г. вышла работа Т.И. Лысенко, И.П. Шаскольского «Неизданные труды С.А. Гедеонова и А.А. Куника по варяжскому вопросу», где речь шла, в том числе, о неизданных дополнениях ученого к «Варягам и Руси», которые должны были составить третий том книги. Как историки предреволюционного периода, Шаскольский так же отметил сильную сторону и научную ценность критической части работы Гедеонова и слабость его славяно-балтийской концепции. Спустя два десятилетия, в 1983 г., в статье «Антинорманизм и его судьбы» он окончательно лишил исследование Гедеонова научной значимости, указав, что в нем «чувствуется налет дилетантизма»5.

Так называемый советский «антинорманизм» подготовил почву для возрождения в российской исторической науке постсоветского периода «ультранорманизма», характерного для первой половины XIX в., который, по сути, сокрушил Гедеонов. В обсуждение варяжской проблемы вновь приходят старые аргументы, отброшенные более столетия назад, а предшествующая антинорманисткая традиция либо замалчивается, либо дискредитируется6. В 1997 г. А.А. Хлевов в монографии, посвященной историографии «норманской проблемы», резюмировал, что «антинорманисткая ориентации почти всегда была следствием отнюдь не анализа источников, а результатом предвзятой идеологической установки», и «даже несмотря на мощное качественное усиление в лице С.А. Гедеонова и Д.И. Иловайского лагерь антинорманистов лежал вне магистральной линии историографии»1. В 1998 и 2000 гг. В.Я. Петрухин, отметив, что Гедеонов наиболее последовательно отождествлял варягов с балтийскими славянами, охарактеризовал ученого как «любителя российских древностей», тем самым, нивелируя его профессионализм в занятиях русской историей2.

Непредвзятое обращение к антинорманисткой традиции прошлых столетий в сложившихся условиях было крайне важным. В 1998 г. А.Г. Кузьмин опубликовал отрывки из трудов антинорманистов и норманистов XVIII–XX вв. по варяго-русскому вопросу и сопроводил их своими комментариями, тем самым, представив историю его разработки и узловые проблемы. Историк поместил здесь выдержки из «Отрывков из исследований о варяжском вопросе» С.А. Гедеонова, а так же из отзыва М.П. Погодина. Подводя «итоги трехвекового спора» в монографии 2003 г. Кузьмин отметил, что исследование Гедеонова имело большие последствия для судеб обоих направлений, а его удар по скандинавской системе оказался настолько серьезным, что если сопоставит аргументы «двух главных столпов норманизма – М.П. Погодина и А.А. Куника… то окажется, что из суммы их почти набирается концепция… Гедеонова»3.

В 2004 г. в Москве издательством «Русская панорама» в серии «Возвращенное наследие: памятники исторической мысли» впервые за 128 лет был переиздан фундаментальный труд С.А. Гедеонова «Варяги и Русь». Открывается публикация статьей В.В. Фомина «Российская историческая наука и С.А. Гедеонов», в которой автор осветил ситуацию, сложившуюся в отечественной исторической науке в середине XIX в. вокруг варяжской проблемы, и основные моменты научной деятельности ученого. Фомин так же снабдил исследования Гедеонова развернутыми комментариями и биографией ученого. На следующий год осуществляется повторное переиздание книги, дополненное главами о венгерских русинах и Черноморской Руси, которые присутствовали в «Отрывках…», но не вошли в издание 1876 г. Публикация сопровождается архивными разысканиями И.А. Настенко, посвященными неизданным дополнениям ученого к «Варягам и Руси»4. В том же 2005 г. в историографической работе «Варяги и варяжская русь» Фомин в рамках разговора об антинорманизме XIX столетия излагает главные концептуальные положения Гедеонова и раскрывает значительное влияние, которое они оказали на взгляды норманистов. Этих вопросов историк вновь касается в 2007 г. в обзоре дореволюционной историографии варяжской проблемы, в 2008 г. в книге «Начальная история Руси» и в работе 2010 г., посвященной некоторым аспектам историографии варяго-русского вопроса. Во всех названных работах Фомин проводит мысль, согласно которой исследование Гедеонова стало важным событием в русской исторической науке и во многом служит образцом для объективного и взвешенного подхода к рассмотрению начальных этапов русской истории1.

Историографический материал показывает наличие литературы, где в той или иной степени рассматриваются взгляды Гедеонова на варяжскую проблему. Можно выделить два основных периода, характеризующихся повышенным вниманием к исследованиям ученого: вторая половина XIX в. (особенно 60–70-е гг.) и рубеж XX и XXI столетий (прежде всего работы А.Г. Кузьмина и В.В. Фомина). Но этого недостаточно. Кроме того, в оценке вклада Гедеонова в решение варяго-русского вопроса видно присутствие субъективного фактора, который отразился в частности в критике его славяно-балтийской концепции. Это, в свою очередь, сдерживает не только истинное осмысление сделанного ученым, но и затрудняет выявление дальнейших перспектив в данном направлении. Поэтому очень важно и актуально обращение к наследию Гедеонова сегодня, когда наука накопила и вела в оборот разнообразный материал, позволяющий по-новому взглянуть на родину и этнос летописных варягов, и который во многом подтверждает аргументы ученого, высказанные им более столетия назад. Существенное значение и своевременность в нынешних условиях, когда происходит возрождение норманизма, приобретает так же обращение к критике Гедеоновым «ультранорманизма», которая не потеряла своей актуальности до настоящего времени.
  1   2   3

Похожие:

С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси iconКурс лекций по истории Русской Церкви Лекция 1
Северном Причерноморье, Крыму и на Кавказе в I-Х в. Cлавяно-варяжские набеги на Византию. "Фотиево крещение" Руси. Образование епархии...
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси icon«О текущем моменте», № 11 (59), 2006 г. Смута на Руси: зарождение, течение, преодоление…
Но есть и определённый смысл в том, чтобы обратиться к теме праздника 4 ноября после него, когда страсти поулеглись и можно уделить...
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси iconПрограмма собеседования ПО дисциплине «история  древней руси» для поступающих 
Программа по истории Древней Руси для поступающих на второй и  последующий курсы 
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси iconТема. Мастера печатных дел
Цели. Сформировать представление учащихся о появлении первой печатной книги на Руси, о становлении книгопечатания; обобщить знания...
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси iconК уроку информатики
На сайте собрана большая коллекция электронных книг и статей по истории Руси: от 
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси icon «Инфляция как денежный феномен, ее виды и формы.   Ее альтернативная концепция, закономерности инфляционного   процесса и его регулирование» 
...
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси iconНазвание номинации
Ямбарусовской начальной школе. Цель моего проекта узнать как можно больше о Ямбарусовской начальной школе, её истории и учителях....
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси iconКонцепция программы внеурочной деятельности младших школьников программа «волгарята» фгос начального общего образования задает следующий портрет выпускника начальной школы (набор обязательных личностных характеристик): любящий свой народ,
...
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси icon  Культурная роль Иверии в истории Руси. 
В  начале 1902 года  я  был  перемещен  в  Каменец-Подольскую  епархию  на  Балтскую 
С. А. Гедеонов и его концепция начальной истории Руси iconГрадозащитная семантика успенских храмов на Руси// Успенский собор  
Руси особое   место.   Три   момента   здесь   привлекают   наше   внимание:   их 
Разместите кнопку на своём сайте:
TopReferat


База данных защищена авторским правом ©topreferat.znate.ru 2012
обратиться к администрации
ТопРеферат
Главная страница